Дождь начался ещё за двадцать километров до города.
Алиса сначала решила, что это к лучшему.
В такую погоду старый дом будет выглядеть ещё хуже, чем на фотографиях, а значит, ей будет проще убедить себя, что решение продать его — правильное.
Она включила дворники на максимальную скорость и прибавила громкость радио.
Не помогло.
Дорога почти исчезла за серой пеленой воды.
Алиса выключила радио.
Некоторое время она ехала в тишине, слушая только шорох шин по мокрому асфальту.
Город появился неожиданно.
Сначала несколько редких домов, потом заправка, закрытый магазин с выцветшей вывеской, автобусная остановка, которую она помнила ещё с детства.
Она сбросила скорость.
Здесь почти ничего не изменилось.
И это почему-то оказалось хуже всего.
Алиса не была в городе семь лет.
Она ожидала увидеть новые дома, кафе, рекламные щиты, какие-нибудь стеклянные здания, которые обычно появляются там, где люди пытаются доказать, что прошлое осталось в прошлом.
Но город словно отказался двигаться дальше.
Та же площадь.
Тот же серый памятник.
Те же тополя вдоль улицы.
Даже старая аптека стояла на своём месте, только теперь вместо зелёной вывески над дверью висела синяя.
Она проехала мимо, не поворачивая головы.
Через пять минут свернула на знакомую улицу.
Дом бабушки находился почти в самом конце.
Когда-то Алисе казалось, что он огромный.
В детстве она боялась подниматься на второй этаж одна, потому что лестница скрипела даже тогда, когда по ней никто не шёл.
Теперь дом показался ей меньше.
Или, возможно, это она стала больше.
Алиса остановила машину у ворот и несколько секунд просто сидела, не выключая двигатель.
За лобовым стеклом возвышался двухэтажный дом из тёмного кирпича.
Три окна на первом этаже.
Четыре на втором.
Крутая крыша, покрытая старой черепицей.
Над крыльцом — каменный козырёк с трещиной посередине.
Она помнила эту трещину.
Ей было девять, когда бабушка сказала, что собирается её починить.
В двадцать пять Алиса уехала из города.
В тридцать два вернулась.
Трещина всё ещё была на месте.
— Отлично, — тихо сказала Алиса.
Дом ответил ей только дождём.
Она выключила двигатель.
Несколько секунд не двигалась.
Потом взяла ключи и вышла из машины.
Холодный воздух ударил в лицо.
Алиса подняла воротник пальто и посмотрела на дом.
— Ну что, — сказала она уже громче. — Давай закончим с этим.
Ключ от входной двери нашёлся в конверте, который нотариус передал ей вместе с документами.
На конверте бабушкиным почерком было написано только:
«Дом».
Ни имени.
Ни даты.
Ни объяснения.
Алиса тогда решила, что это просто бабушкина привычка.
