ГЛАВА 1
Наконец настал этот день. Я о нем мечтала и боялась одновременно. Мы с моим мужем, точнее сказать, с почти бывшим мужем, ждали, когда Его Высокопреосвященство кардинал Арини примет нас, чтобы совершить ритуал развода.
Хотела ли я развестись? Наверное, уже да. Жить рядом с мужчиной, который тебя не любит, даже практически ненавидит, сплошное мучение. Наш брак потерял ощущение радости, когда стало понятно, что я не смогу родить Азару долгожданного сына. А когда мужчина – наследник могущественного правящего рода, то без продолжателей династии никак не обойтись.
Я обследовалась у всех возможных и невозможных лекарей. Даже к оркскому шаману съездила. Вердикт у всех был однозначным: абсолютно здорова. Азардин тоже прошел обследования. И утверждал, что его организм безоговорочно функционирует без сбоев. Следовательно, виновата жена. Увы, такова мужская логика.
Чего я боялась? Утраты статуса герцогини. Нет, я не страдала снобизмом, и титул по большому счету был мне безразличен. Но вот деньги, прилагающиеся к нему, создавали определенный комфорт. И его не хотелось бы терять.
Да и Азар был очень красивым мужчиной. Высокий рост, широкий разворот плеч, шелковистые кудри, смоляной волной падающие на плечи, и ярко-синие глаза в обрамлении длинных ресниц делали его неотразимым. А я всего лишь бедная женщина, которая неравнодушна к мужской красоте.
Пока он был моим мужем, эта красота меня просто бесила. На него заглядывались все дворцовые дамы от мала до велика. И я всегда жила в страхе, что моего супруга кто-то более наглый и везучий может увести. А сегодня вдруг поняла, что, когда он станет не моим, я вольюсь в стаю поклонниц и буду со вздохами провожать его взглядом.
Во дворце ходил анекдот. Когда нашему милейшему и добрейшему министру искусств император сообщил, что его жена гуляет, да еще до такой степени, что к ней любовники занимают очередь, он пожал плечами и поинтересовался:
- И что вы предлагаете?
- Вы должны с ней развестись!
- Чтобы вместе со всеми в очереди стоять?
Нет, я в очереди, конечно, стоять не буду. Но смогу полюбить ли еще кого-нибудь? Неудачный брак сильно ударил по моему самолюбию. Захочу ли я повторить печальный опыт?
Мои размышления прервал молодой монах в черной сутане и круглой шелковой шапочке на макушке. Никогда не понимала, как молодые и здоровые мужчины по собственному желанию могут отказаться от мирской жизни. Неужели любовь к богу может быть настолько сильной? Он подошел к нам, смиренно поклонился и осведомился:
- Азардин и Ригольде Эзейнхард?
