Глава 1. По ту сторону сна.
Любая история должна иметь своё начало, но в этот раз, видимо, всё начнётся с конца. Умирать чертовски больно. А что же там, в конце пути? Я часто задумывалась об этом. Жаль, что ответ я получила слишком рано. Но не будем забегать вперёд и вернёмся к самому началу.
Когда тебе семь, жизнь кажется сложной. В четырнадцать появляются настоящие, как тебе тогда кажется, проблемы: мальчики, родители и эти дебильные уроки, которые якобы никогда не пригодятся. В двадцать три я осознала, что всё, что было до, — такие пустяки. И, пожалуй, я была бы не прочь ненадолго туда вернуться.
Последнее время я слишком часто просыпаюсь с подобными мыслями. Но сегодня первым пришёл не привычный внутренний монолог, а он. Сон, который преследует меня уже много лет.
Дом. Этот чёртов дом.
Он стоит на вершине холма — мрачный, тёмный, больше похожий на средневековый замок, чем на место, где когда-то могли жить люди. К нему ведут бесконечные каменные ступени. И каждый раз я знаю одно и то же: мне нельзя туда подниматься. Нельзя проходить через дом и спускаться с другой стороны холма. Мне говорят, что тот, кто это сделает, будет проклят. Но мои ноги всё равно несут меня наверх. Самое мерзкое — я понимаю, что сплю. Понимаю, что должна развернуться, проснуться, закричать, сделать хоть что-нибудь. Но тело мне не принадлежит. Я снова поднимаюсь по ступеням, вхожу внутрь, прохожу знакомые коридоры и выхожу с другой стороны. Потом спускаюсь вниз.
И — ничего.
Темнота.
Я не вижу даже собственных рук. Я всё ещё сплю? Почему я ничего не вижу? Несколько мучительных секунд растягиваются в вечность, а потом зрение возвращается — уже вместе с моей комнатой, потолком и утренним светом. И я понимаю: снова прошла его до конца.
От этих мыслей меня отвлекает сообщение. Эшли. Переживает, что я не набрала ей, хотя обещала. Наверное, рассказывать ей, что мне кажется, будто за мной кто-то следит, было не лучшей идеей. Эш умеет заботиться так, словно вместе с дружбой получает право на круглосуточное наблюдение.
Телефон тут же начинает звонить.
— Алло.
— Лис, ты дура? Я сама себе пишу? — по её интонации можно было определить уровень недовольства без всяких дополнительных пояснений.
— Прошла одна минута. Одна, Эш. Я только встала с кровати. Дай хотя бы понять, где у меня лицо, и я тебе отвечу.
Я посмотрела в зеркало и тут же пожалела об этом. Рыжие волосы за ночь превратились в натуральное воронье гнездо. Вот он, главный минус длинных волнистых волос: иногда утром ты не девушка, а последствия небольшого взрыва.
