Глава 1. Царевич, который не хочет жениться
Василий проснулся от того, что за окном кто-то громко и настойчиво переругивался. Он приоткрыл один глаз, потом второй, с тоской посмотрел на резной потолок своей опочивальни и понял: день не задался с самого утра. Потому что спорить могли только они.
– Я тебе вчера сказала: поливай меня первой! У меня бутоны нежные, я капризная, мне вода нужна тёплая и только утром! А эта фиалковая душа опять перехватила лейку!
– Фиалковая душа? Да у тебя самой цвет – вылитая свёкла после стирки! И не смей называть меня фиалковой, я – королевская роза, сорт «Ноблесс», между прочим! И имею право на утренний полив раньше какой-то там… гибридной!
– Девчонки, не ссорьтесь, – встрял третий голос, более низкий и успокаивающий. – Солнышко только встало, а вы уже… Фёдор Ильич, конечно, придёт и польёт всех по очереди. Он справедливый.
– Справедливый?! – взвизгнула первая. – Он неделю назад опрыскивал меня настоем из чеснока! Чесноком! Представляешь? Я после этого три дня пахла, как деревенская самогонщица!
– Зато тля отступилась, – философски заметил третий голос.
Василий вздохнул и сел на кровати. Окно в его спальню выходило прямо в королевский сад, и три огромных розовых куста, посаженных под самым подоконником, обладали уникальной способностью: они разговаривали. Говорили они много, громко и исключительно о своих цветочных проблемах. Вася подозревал, что это какая-то магическая аномалия, но разбираться с ней было лень, да и, честно говоря, розы стали для него единственным развлечением в этой дворцовой тоске.
Он подошёл к окну, отдёрнул тяжёлую парчовую штору и выглянул. Внизу, в лучах утреннего солнца, красовались три куста: белая роза, алая и нежно-розовая.
– Доброе утро, дамы, – зевнул Вася.
– О! Царевич проснулся! – встрепенулась алая. – Скажи этому своему Фёдору, чтобы он сегодня полил меня первой! Я просто умру, если буду ждать!
– Не умрёшь, – буркнула белая. – Перегной.
– Сама ты перегной!
– Тише, тише, – примирительно шепнула розовая. – Вася, а почему ты такой грустный сегодня? Тебе что, не нравится жить во дворце? Вон какая красота кругом, клумбы, фонтаны…
– Красота, – согласился Вася, обводя взглядом идеально подстриженные газоны, мраморные статуи и золотые рыбки в пруду. – Красота мёртвая. Всё по линеечке, всё по плану. Даже розы вы, и те не простые, а говорящие. Хотя вы единственные, с кем можно поговорить по-человечески.
– А с отцом? – спросила розовая.
– Отец только и знает, что орать: «Женись, Вася! Кому трон оставишь?» А сам сидит в тронном зале, приказы строчит и на пироги налегает. Я ему говорю: пап, давай я лучше садом займусь, ландшафтным дизайном, у меня талант. А он: «Не царское это дело – землю ковырять!» – Вася тяжело вздохнул. – Вот и приходится изображать царевича, когда на глаза попадаюсь. А так – сижу в своей комнате, в окно гляжу, с вами болтаю.
