Иллюстратор Любовь Владимировна Полякова
© Любовь Владимировна Полякова, 2026
© Любовь Владимировна Полякова, иллюстрации, 2026
ISBN 978-5-0071-2308-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1. Протокол «Генеральная уборка»
На дворе стояла осень 2048 года. Тот самый дождливый период, когда лето крайне неохотно уступало место зиме и к середине октября уже во всю заливалось слезами. Отопительный сезон ещё не начался, так как температура держалась в пределах то плюс шести, то плюс десяти градусов. Это был парадокс погоды, когда в квартире было довольно прохладно, а на улице ещё достаточно тепло, будто календарь и климат никак не могли договориться между собой.
В последнее время она совсем перепутала день с ночью и ложилась спать, когда вздумается, точно так же не попадая в общий стабильный ритм. За окнами уже занимался серый рассвет, но в комнате всё ещё было темно, и эта полутьма будто удерживала её в остатке сна, где не нужно было ничего решать.
Её разбудил настойчивый звонок в дверь. Приоткрыв глаза, Елена ещё пару минут пыталась сообразить, где находится, чувствуя, как каждое движение даётся тяжелее обычного — будто за этот месяц она просто растеряла привычку быть собранной. Сон не отпускал её, тянул назад, в тёплую темноту. Она моргнула, пытаясь стряхнуть эту вязкую полудрёму, и провела ладонью по лицу, словно стирая с себя остатки ночи. Наконец она вспомнила вечерний разговор с шефом: курьер должен привезти важный груз. Срочная удалённая работа, критический сбой у домашнего робота — медлить было нельзя.
Огромную коробку в человеческий рост двое курьеров занесли в прихожую. Сунули накладную под роспись и поспешно ретировались — будто спешили поскорее избавиться от тяжелой ноши и не смотреть на растрепанную Елену, которая отчаянно пыталась расправить перекрутившийся поверх ночной сорочки халат. Заперев за ними дверь, она щелкнула выключателем и отрешенно уставилась на посылку, все еще зевая и тщетно пытаясь вырваться из сонных объятий Морфея.
Это была обычная транспортировочная тара из ламинированного картона с крупной надписью: «Не ронять! Хрупкое». Коробку, которую явно вскрывали ранее, чья-то нервная рука безжалостно обмотала скотчем, отчего выглядела она довольно потрепанной. Такая упаковка для бытовых приборов в принципе не рассчитана на долгий презентабельный вид. Видимо, ее собирались утилизировать после истечения гарантии, но в последний момент вытащили из темного угла для повторного использования.
Елена смотрела на двухметровый короб, занявший добрую четверть прихожей, и в голове крутилась навязчивая мысль: она все еще может отказаться. Одно дело — перебирать софт мелкой бытовой электроники, неспешно попивая чай, ведь там цена ошибки минимальна. Но андроид за двадцать миллионов? Это совсем другой уровень ответственности, который сейчас, в состоянии полного выгорания, казался неподъемным. Елена понимала: несмотря на все уступки шефа и его прекрасное отношение к ней, она имеет полное право набрать его номер и сказать: «Извините, Эдгар Петрович, но я это не потяну». И все же… Чтобы отказ звучал аргументированно, нужно было хотя бы взглянуть, что внутри.
