Глава 1. Бабочка на кости
Дождь в Петербурге не шел – он висел в воздухе липкой гнилью, превращая гранит в каток. Артем Волков стоял у заградительной ленты, чувствуя, как вода медленно затекает за воротник старого пальто. В носу стоял запах мокрой псины и дешевого бензина от генератора, питавшего прожекторы.
– Артем Игоревич, – криминалист Паша поднялся с корточек, вытирая испачканные в грязи перчатки. – Тут это… «подарок». Аккуратный, зараза.
Волков молча перешагнул ленту. Подошва соскользнула по раскисшей траве, он едва удержал равновесие и выругался сквозь зубы. Ночные вызовы в сорок два года ощущались не как романтика детективного романа, а как затянувшийся похмельный синдром.
Жертва была совсем девчонкой. Лежала на спине, глядя в мутное небо стеклянными глазами. Синее платье, голые плечи, покрытые пупырышками от холода. Она выглядела здесь лишней, как экзотическая птица в сточной канаве.
Артем посмотрел на её грудь и замер. Дыхание перехватило так, будто ему заехали под дых тяжелым сапогом.
На ткани платья, прямо над вырезом, сидела брошь. Серебряная бабочка. Правое крыло чуть загнуто, один усик обломан. В свете полицейских фонарей сапфиры в её крыльях казались черными дырами.
Мир вокруг Артема на мгновение перестал существовать. Стих треск раций, смолкла ругань оперов. Перед глазами вспыхнула прихожая его старой квартиры, Марина смеется, пытается застегнуть эту самую брошь на платье, а он помогает, боясь сломать хрупкую вещицу своими тяжелыми пальцами.
– Красивая штучка, – раздался за спиной бодрый, почти неуместный голос.
Волков резко обернулся. Лиза Морозова. Новенькая, «аналитик из столицы». На ней был дурацкий ярко-желтый дождевик, на котором капли воды блестели, как бисер. Она смотрела не на труп, а на реакцию Волкова.
– Антиквариат, – продолжила Лиза, прищурившись. – Начало двадцатого века, частная мастерская. Странно, да? Девчонка одета в ширпотреб из масс-маркета, а на ней ювелирка стоимостью в её годовую зарплату. И приколота… небрежно. Будто торопились.
– Чего ты здесь торчишь, Морозова? – голос Волкова прозвучал хрипло. – Твоё место в офисе, над графиками.
– Андрей Сергеевич сказал, что вам нужны «свежие глаза», – она ничуть не смутилась, сделав шаг ближе к телу. – И мои глаза видят, что вы сейчас либо упадете в обморок, либо кого-нибудь ударите. У вас лицо как у покойника.
– Пошла вон, – негромко, но отчетливо сказал Волков.
Лиза замолчала, изумленно вскинув брови, но спорить не стала. Она профессионально зафиксировала положение тела на планшет и отошла к машине.
