На мостике всё вымерло. Воцарилась абсолютная тишина, которую не нарушали даже звуки работающих систем, а люди замерли как истуканы. Оно и понятно – системы корабля мы с Кайто собственными руками буквально только что привели в первозданный вид, устранив в том числе и всякие паразитные шумы, а люди…
А люди просто находились в полной прострации от того, что только что прозвучало.
– Простите… что? – первой нарушила молчание Пиявка. – Что ты сказал? Ты… кто, ты сказал?
– Сын, – коротко повторил Магнус, вздохнул и добавил: – Сын Тоши-Доши.
– Ясно, – важно кивнула Пиявка. – Всё понятно. Кристально и очевидно. Пойдём со мной, дорогой, обсудим это поподробнее. А заодно насыплю тебе горсточку вкусных таблеточек.
– Я не сошёл с ума, – Магнус бросил на неё косой взгляд. – Не надо тут этих твоих… намёков.
– Конечно-конечно! – Пиявка спешно закивала, спуская ноги с подлокотника. – Я полностью с тобой согласна.
– Ой, иди ты! – Магнус поморщился. – Вот знал же я, что не стоит об этом рассказывать.
– Пиявка, погоди! – я вмешался в разговор. – Шутки-шутками…
– Да какие уж тут шутки! – Пиявка картинно всплеснула руками. – Дело серьёзнее некуда! Налицо самое настоящее помешательство, а это может быть опасно!
– Шутки шутками… – терпеливо продолжил я. – Но это звучит чересчур даже для помешательства. А опыт моей жизни подсказывает мне, что самые невероятные вещи оказываются правдой намного чаще, нежели результатом помешательства.
– Кстати, да, – поддержал меня капитан. – Как бы парадоксально это ни звучало, но именно так дело обычно и обстоит. Самые дикие вещи на проверку оказываются правдой… Хотя, говоря откровенно, это без преувеличений максимально дикая вещь из всех что я слышал за свою жизнь.
– Поэтому нам и нужны пояснения! – я кивнул и повернулся к Магнусу. – Не желаешь раскрыть тему?
– А что тут раскрывать? – здоровяк пожал плечами, продолжая поглаживать кометика. – Я – сын Тоши-Доши. Это правда. Что ещё вам нужно знать?
– Например, почему мы узнаем об этом только сейчас? – тут же встрял Кайто, а Магнус лишь снова пожал плечами:
– Никто не спрашивал. А если бы я сам рассказал… Ну, собственно, сейчас вы понимаете, почему не рассказывал.
Тут он прав. Даже сейчас, после всего того, что нам уже выпало пережить, после всего того, что нам выпало увидеть, откровения Магнуса кажутся дикой выдумкой. А если бы мы их услышали раньше? До того, как прорывались через переборки призрачного «Навуходоносора»? До того, как прогулялись по коридорам «Василиска-33», превращённым в цех по разделке мяса? До того, как побродили по тестовой колонии, ведомые грибом-телепатом? Если бы всех этих событий, в реальность которых невозможно поверить, если только ты сам не являлся их непосредственным участником, не было? Если бы мы не переключились в парадигму «невозможное возможно и очень даже вероятно»?
