Я старалась сохранять невозмутимый вид. Андрей наверняка уже заметил мое исчезновение, значит, нужно любой ценой убедить их, что они украли не того человека. К тому же, ни я, ни мои друзья не заметили слежки. Пожалуй, придется играть избалованную дурочку.
— Я не выйду за вас замуж, граф! — я высокомерно подняла нос, фыркнув.
— Эээ, так я вам и не предлагал, сударыня, — растеряно пробормотал он.
— Тогда зачем вы весь вечер строили мне глазки, а затем похитили с бала? Хотите опорочить мое имя? — я схватила его за ворот шубы и притянула к себе.
Опешивший, он резко дернулся и вырвался.
— Вы мне совершенно не интересны, сударыня. У меня задание — выкрасть девицу Морозову, обустроить ее и предоставить ей лабораторию для различных открытий.
— Открытий? Каких еще открытий? — я рассмеялась, хотя на душе было скверно. Я предполагала, что такое может случиться, но пресловутое «русское авось» сыграло свою роль. Вот тебе и Аннушка, расплата.
— Что вы дурочку из себя строите! За вами давно наблюдали, знают, что все последние изобретения связаны с вашим именем. Да и Петр вас не зря отвел в сторонку, о чем-то расспрашивал, а затем наградил баронством.
— Ах, вы об этом, граф? Ну, пришлось же найти какое-то основание, чтобы любовнице дать титул. Петруша — император, а я, хоть и по родословной аристократка, но из-за предков в опале. Вот он и нашел выход. А чтобы не думали, что он всем своим женщинам, с кем спит, раздает такие щедроты, Петенька поставил меня приглядывать за его заводом. А это такая скука, граф! Я просто приезжаю, пройдусь среди рабочих и уезжаю. Вы не представляете, какой только гадостью от них не воняет! Фу! — я закатила глаза и презрительно поморщилась.
Я видела, как в глазах Жан Ван Дер Берга появилось сомнение, но он продолжал настаивать.
— Может, баронесса, вы признаетесь, кто тогда придумал изобретения с ручкой… — он хмыкнул, — …с нефтью?
— Ох, граф, вы такой милый! — я провела пальцем по его щеке. — Конечно, скажу. Мне скрывать нечего.
— Кто?
Он наклонился так близко, что горький аромат его парфюма, смешанный с едким запахом пота, ударил мне в лицо. Я старалась не поморщиться, чтобы не спугнуть его.
— Их много, они собираются своим кружком и сидят за столом.
— Вы сможете назвать имена, титулы или хотя бы, о чем они говорили?
Кроме барона Покровина, чье строгое лицо было единственным знакомым, да и то лишь по приказу Петруши, присматривавшего за мной, я не знала никого. Я до боли старалась принять позу влюбленной дурочки, но вышло ли это, непонятно.
— А вот о чем там говорят, увы, не могу постичь, – прошептала я. – Слова какие-то невразумительные, от них даже сон клонит… Только, господин граф, тшш, никому ни слова!
