Глава 1. Вкус государственного тягла
Утро в центральном секторе базы «Кольцо» наступило строго по расписанию, но свет ламп в кают-компании казался тусклым, серым и безжизненным, как лицо инспектора из министерства обороны. В воздухе тяжело висел плотный, почти осязаемый аромат пережжённых тостов, крепкого, как мазут, кофе и той специфической, сухой бумажной пыли, которая неизбежно появляется при массовом перемещении папок с высшим грифом «Секретно».
На языке Глеба Таля осел вязкий привкус дешёвой зубной пасты и металлический, звенящий холодок хронического недосыпа.
– Знаешь, Глеб, я тут на досуге провёл глубокий анализ наших перспектив, – Макар Рауш вальяжно развалился в хлипком пластиковом кресле, которое под его весом издавало жалобный, предупреждающий скрип. Пилот лениво помешивал ложкой в кружке, создавая маленький, но энергичный водоворот. – Мой внутренний навигатор настойчиво нашёптывает, что из категории «героические спасатели человечества» мы плавно, без транзита, перекочевали в раздел «ценное имущество, инвентарный номер сорок два».
Рауш прищурился на Глеба, на его закопчённом лице застыла та самая фирменная циничная ухмылка, за которой он привык прятать ярость.
– У входа в мой ангар теперь круглосуточно торчат двое парней с такими каменными лицами, будто их отливали из того же бетона, что и фундамент башни. Они даже моргают строго по команде из штаба. Я спросил у одного, можно ли мне сгонять на берег за настоящим табаком, а он отчеканил, что моё перемещение согласовано только по маршруту «койка – кабина – туалет». Очень воодушевляет на трудовые подвиги, знаешь ли.
– Мы стали заложниками собственного успеха, Макар, – Таль медленно допил кофе, физически чувствуя, как кофеин бьёт по натянутым до предела нервам. – «Ткач» теперь выдаёт такую чистую мощность, что её с лихвой хватит, чтобы запитать три соседних региона. Государство никогда не отдаст такой рубильник в частные руки. Даже в наши.
– А я и не прошу его в частные руки! – Рауш экспрессивно взмахнул ложкой, отправив тёмную каплю кофе на идеально чистый белый стол. – Я прошу хотя бы базовое право выбирать, какого цвета жвачку мне жевать перед вылетом! Мы теперь под плотным колпаком, Глеб. Софья сидит над своими схемами, а к ней приставили «куратора в погонах», который путает вольты с ваттами, но очень уверенно и громко рассуждает о дисциплине.
Дверь в кают-компанию открылась с коротким, сухим пневматическим шипением. Вошла Софья Векслер. В её руках была пухлая папка из шероховатого серого картона – новый «план развития».
