Войнаменяетвжизнивсё,
И – это, каквсеговорят - навечно.
Пусть, псамнеочень-товезёт,
Но, в них естьтожечто-точеловечье.
Почти каждую ночь мы выезжали, и для того, чтобы поразить очередную точку противника, и для того, чтобы найти и вернуть на базу тела ребят, которые уже с небес поддерживали нас в нашей нелёгкой работе. Это было важно и для нас, и для их родственников.
Пока мы ехали на точку, в памяти всплывали совсем недавние, и такие далёкие события, о нашей с ним первой встрече.
***
Я уже понял, что происходит и, что мне нужно делать в случае если вокруг начинает всё громыхать и взрываться.
Когда всё вокруг было почти совсем разрушено, я нашёл себе убежище в подвале на половину разрушенного соседнего дома. Его стены ещё довольно хорошо держались, хотя и сильно покосились, и жужжалки больше не бомбили его. Оказалось, там ещё были кое какие запасы еды, и я смогу ещё немного продержаться до прихода помощи.
В этот день, как и всегда, ничего не предвещало беды, пока не послышался этот противно жужжащий звук. Я спокойно спал в своём углу, и вдруг, вокруг всё начало бухать и рушиться.
Оставшиеся стены падали на перекрытие подвала, а оно, хоть и держалось из последних сил, да видать сил этих у него оставалось совсем мало. Поэтому, как оно не напрягалось, а от огромного обломка, упавшего как раз посредине, на уже и так большую кучу, давившую на него, рухнуло.
Это было н просто страшно, это было ужасно!
Весь подвал заволокло пылью настолько, что стало трудно дышать. В голове промелькнула мысль как-то выбраться, вот только ничего не было видно, и я уткнувшись в покрывало, на котором спал, стал ждать, когда пыль осядет и я смогу определиться, что мне дальше делать.
Когда всё закончилось, и пыль понемногу рассеялась, я огляделся вокруг и понял, что мой подвал завалило, а я был почти скован несколькими упавшими брёвнами. Нет, ранен я не был и двигаться мог, но, сама ситуация была довольно серьёзной.
Сколько времени я провёл в подвале уже и не помню.
Несколько раз засыпал, сначала от усталости, поскольку пытался хоть как-нибудь освободится из своего плена. Потом ещё несколько раз от бессилия и голода.
Наступило очередное утро.
Странно, но оно было тихим и светлым. В это утро, как не странно, никто не жужжал, ничего не грохало и не рушилось. И, вдруг, я услышал звук моторов приближающихся автомобилей. Это были тяжёлые машины, и двигались они колонной.
Я собрал все оставшиеся силы и просто завопил, почти завыл, стараясь привлечь к себе внимание. Не знаю, как он меня увидел, но тут, его, это я уже потом узнал, машина остановилась. Такое впечатление, как будто бы он, сквозь гул моторов и шум шин, услышал мои крики о помощи.
