Глава 1
У каждого города существует своя легенда. Обычно они о призраках, оживших вещах или страшных местах.
Наш город исключением не стал: недалеко от него, в лесу, есть заброшенная железнодорожная станция. Поезда вдоль нее уже давно не ходят, рельсы заржавели, перрон потрескался. Долгое время в здании вокзала обитали местные группы подростков, потому все стены изрисованы граффити, исчерчены надписями, стекла выбиты, а по углам валяются пустые бутылки. Так вот, говорят, что если придти на эту станцию в безлунную октябрьскую ночь, можно столкнуться с чем-то необъяснимым. Почему с чем-то? Потому что у каждого это что-то своё: кто-то слышит гудок поезда-призрака, сошедшего на этом пути с рельс, кто-то видит сам поезд, к кому-то приходит нечисть или люди, пропавшие в этом лесу много лет назад. После такого, говорят, люди сходят с ума, а то и вовсе пропадают, а что происходит с ними потом — неизвестно. Исчезновение мальчика пятнадцати лет, произошедшее 2 года назад, городские байки тоже связывают с этим местом. Это был мой старший брат Влад.
Когда он пропал, мне было двенадцать. Я потерял старшего и единственного брата, думаю, этим всё сказано. Родители перенесли это очень тяжело: мама стала больше плакать, часто закрываться у себя, папа стал более резким. При всём этом про меня не забыли, как это бывает в книжках. Обо мне стали заботиться вдвое сильнее, как будто пытались через меня дать заботу и Владу. Если честно, такое количество заботы –- это не очень приятно, но я понимаю их, потому ничего не говорю. Для всех остальных это было серьёзное происшествие, весь город стоял на ушах, полиция долго ходила по городу, пытаясь найти брата или выяснить, кто может что-то знать. Детям всего города надолго запретили гулять в одиночку. Тогда же от кого-то пошёл слух о том, что Влад пропал именно там, на той злополучной станции — поспорил с друзьями, что не побоится. Не побоялся…
С тех самых пор, как пошел этот слух, я думал об этом месте всё время. Вместе с Владимиром, моим другом (и, к слову, большим авантюристом) я пытался собрать всё, что говорили о станции, о том, что там происходит и возвращались ли пропавшие. И если о том, что происходило на станции информации было предостаточно, то о том, можно ли вернуть пропавшего не было ничего: люди либо возвращались сразу, либо пропадали навсегда. Но надежда есть надежда, да и нежелание сдаться без усилий сделали с теперь уже четырнадцатилетним мной то, что сделали: через несколько дней, когда родители уедут по своим делам на пару дней, я отправлюсь на станцию и сделаю всё, что смогу, для того, чтобы найти Влада. Мир (сокращение Вова он терпеть не может, а Мир, как он говорит, звучит царственно) в этой идее меня поддержал, но с одним условием: он идёт со мной. А я был только за. Вдвоем сподручнее, да и,как бы я ни показывал себя храбрецом, внутри я очень переживал: что, если там, на вокзале ничего не произойдёт? Тогда я ничем не смогу помочь брату. А если и правда произойдёт что-то необъяснимое, тогда ещё страшнее. Но, разумеется, Миру я своих переживаний не высказал.