Глава 1. Бабушка Лидия Михайловна
В затерявшейся среди сосен и озёр деревеньке Алексеевке, жила когда-то большая семья, приехавшая сюда в начале двадцатого века с западных краёв России.
Две улицы в деревне были прямыми и широкими, а деревья вдоль дорог уже стали древними и раскидистыми. В одном из домов под старой раскидистой черёмухой жила Лидия Михайловна. В это время черёмуха буйно цвела. Словно седовласый мудрец, она оберегала дом и его хозяйку от жары, раскачивая душистыми гроздьями цветов.
Лидии Михайловне 92 года, но она шустрая старушка. Седые волосы всегда аккуратно собраны в пучок, обрамляя лицо, хранящее отпечатки прожитых лет. Старый дом, доставшийся от родителей, с бревенчатыми стенами, покатой крышей и окнами, украшенными резными наличниками, помнил её детство. Наличники давно выцвели и потрескались, а ставни почти не открывались. Казалось, что если их открыть, они тут же превратятся в прах.
Когда-то дом наполнялся звонким смехом, голосами и ежедневными хлопотами. В нём всегда кто-то гостил. Тогда, когда Лидия Михайловна была маленькой девочкой, и тогда, когда здесь появились сначала её дети, а потом внуки. А теперь уже есть и правнуки. Но они приезжают очень и очень редко.
Теперь в доме царила тишина, лишь тиканье старинных часов с кукушкой, которые наверняка старше Лидии Михайловны, да скрип половиц под осторожными шагами нарушали её покой.
Кукушка куковала редко, голос её стал хриплым и почти неслышным. А вот половицы скрипели всё громче, как будто были недовольны старостью и трухлявостью в некоторых местах. Например, у кладовки, на дверце которой висел бронзовый замок 1885 года изготовления. Замок давно не чистили, но цифры и некоторые буковки разобрать ещё было можно. К нему был привязан ювелирный ключик с вензелями и завитками. Замок висел так, для виду, потому что его давно никто не закрывал и не открывал. Тем более эту покосившуюся дверку, за которой кроме старого хлама ничего не было.
Лидия Михайловна привыкла к уединению, но не смирилась с ним. Каждый день, ровно в шесть утра, она вставала, чтобы затопить печь. Заварив крепкий чай с мятой, она садилась у кухонного окна, её взгляд устремлялся на улицу, по которой давно почти никто не ходил, тем более не ездил. Во взгляде тлел тихий огонёк надежды: а вдруг сегодня кто-то постучится в дверь? Сын? Дочь? Внуки или правнуки?
