Сенсоры квантового анализатора выли уже третий раз подряд, но Лаир даже не думал их отключать. Этот звук означал лишь одно: машина сбоит.
— Скажи мне, что калибровка опять слетела, Кэл, — хрипло произнёс Лаир, не отрывая немигающего взгляда от прозрачной карантинной камеры.
— Я калибровал её трижды. И перезапускал ядро, — голос коллеги дрожал. — Лаир, показатели не врут. Эта штука летела в холодном вакууме космоса, вероятно, многие миллионы циклов. Ни радиационного фона, ни бактерий, — заворожённо прошептал главный лингвист, подходя вплотную к силовому барьеру. — Кто-то отправил кусок "чистого золота" через бездну. И смотри на нём видны царапины.
— Это не царапины. Это информация. Кто-то отправил нам послание его остаётся лишь расшифровать.
Лаир прижал четырёхпалую ладонь к барьеру. Личные проблемы, усталость и желание поскорее покинуть рабочее место — всё это мгновенно стёрлось из реальности. Перед ним лежало послание.
— Но если захочешь разглядеть артефакт поближе, костюм всё-таки надень, — сглотнув, произнёс Кэл.
— Всё по протоколу!
Не отводя глаз от «Объекта 18.1», как его прозвали в лаборатории, Лаир прошёл ещё пару метров вглубь кабинета и вошёл в прозрачную капсулу, наполненную белым клубящимся паром. Он поднял руки над головой, и в ту секунду отовсюду начали бить тонкие струи густой жижи, которая смешиваясь с паром, превращаясь в непроницаемый облегающий костюм.
— Открывайте проход, — скомандовал он, когда оказался полностью, с ног до головы, облачён в белый комбинезон, отдаленно напоминающий аквалангистское снаряжение .
— Прошу вас, главный лингвист. У вас непочатый край работы! — смахнул голограмму блокировки Кэл, и мутный силовой барьер растворился в воздухе.
Теперь между ним и объектом не было ни единой преграды. Он осторожно подошёл ближе к диску и начал разглядывать причудливые рисунки.
— Надо взять анализ металла, — почти шёпотом произнёс он.
— Действуй.
— Но ты прав. Здесь и без анализов очевидно: это артефакт неестественного происхождения. Мы не одни во Вселенной. Это бросается в глаза мгновенно.
— Я не понимаю. Что именно бросилось тебе в глаза? — поинтересовался коллега.
— Видишь эту двумерную круглую пластину? Она была прикрыта. Словно кто-то пытался защитить содержимое. Нет никаких известных нам знаков, только иллюстрации. И некий счёт. Это говорит о том, что они надеялись, что послание дойдёт до адресата... или же случайного встречного. Но, понимая, что языки и способы общения могут быть кардинально разными, здесь используется что-то фундаментальное. Что-то, что я смогу понять. Что мы сможем понять, если дать нам немного больше времени.
