Система Hava очень быстро подешевела и набрала популярность. Небольшой блок с лазерными излучателями и управляемой кристаллической матрицей. Проходя через матрицу, плотный пучок лазерных лучей формировал очень качественное объёмное изображение. С нескольких метров понять перед тобой голограмма или живой человек было практически невозможно. Сперва систему Home Automated Visual Assistant — интерфейс для общения с визуально-голосовым помощником использовали только дома. Но позже стали ставить в школах, лекториях, университетах, да и везде, где был интерактив с ИИ. Запускалась она, как и раньше, простой голосовой командой. Решили не мудрствовать выбрали слово – хава. Однако у прибора присутствовал жуткий конструктивный дисбаланс: если световой модуль мог выдержать хоть падение с небоскрёба, то решить вопрос с низким ресурсом и неимоверной хрупкостью матрицы не удавалось. А это было, в свою очередь, чревато: случались даже несчастные случаи, когда система включалась при разрушенной матрице и поток света был настолько силён, что человек стоящий в метре мог повредить роговицу.
***
Они шли уже дней пять от последнего оазиса. Направление было очень примерным, потому можно сказать, что им очень повезло всё-таки дойти. Сами себя они называли просто - Мехапис - искатели. Но в народе их звали Мехапес ба метим – ищущие среди мёртвых. Хотя никаких мёртвых никто никогда не видел. А то, что можно было отыскать в руинах стоило дорого. К примеру, верёвки из металла. Их брали и на силки, и на тетивы, и на украшения. Или металл, который не ржавел, но был жёстче бронзы. Он даже не плавился у кузнеца. Его конечно удавалось перековать. И нож из такого металла стоил два десятка овец. А были ещё сосуды – прозрачные, но в огне превращающиеся в жижу. Много было чудесного. Про это место ему рассказал дядя. Тот здесь был лет двадцать назад. Правда предупредил что здесь живут духи и место проклято – он хотел выдернуть из стены металлическую верёвку, так духи схватили его и стали крючить его тело… Но зато если им повезёт, он наконец скопит на мохар – выкуп за невесту, и уже возьмёт за себя Сару.
К исходу дня они подошли к остаткам стен. Невысокий выступ из земли, достаточно широкий, чтобы сесть. Моше, немолодой высокий человек, с обожжённым солнцем недобрым лицом, в истрёпанной одежде, подошёл, сбросил с плеча мешок, смахнул с камня песок и опустился на край. Оглянулся на спутника — тот отстал шагов на тридцать, и брёл, едва переставляя ноги.
— Хава маэр, — крикнул Моше. — Давай быстрее.
