Доктор Элизабет Чен впервые увидела их в 03:47, когда весь научный кампус Калифорнийского технологического института спал, а она в одиночестве разглядывала под электронным микроскопом образцы из биореактора. Крошечные серебристые сферы, каждые размером с вирус, выстроились в идеальную решётку. Они пульсировали слабым свечением, словно живые клетки, хотя жизнью это назвать было нельзя.
– Красиво, – пробормотала она, настраивая фокусировку.
За окном лаборатории Пасадена погружалась в предрассветную тишину. Январский воздух был прозрачен и холоден, и огни города казались особенно яркими на фоне чёрного неба. Элизабет потянулась к термосу с остывшим кофе, не отрывая взгляда от экрана. Три месяца работы над проектом NANO-MED, три месяца бессонных ночей и неудачных запусков, и вот наконец – результат.
Наноботы второго поколения должны были стать прорывом в медицине. Программируемые молекулярные машины, способные проникать в клетки и уничтожать раковые опухоли с хирургической точностью. Элизабет заложила в их архитектуру революционный принцип: способность к ограниченной самосборке из доступных молекул. Достаточно ввести пациенту небольшую дозу, и наноботы размножатся до нужной концентрации, выполнят задачу и самоликвидируются.
Теория была безупречна. Практика тоже работала – до этой ночи.
Элизабет приблизила изображение, и её пальцы замерли над клавиатурой. Количество наноботов в образце выросло. Она пересчитала ещё раз, сверяясь с данными полуторачасовой давности. Рост составил двадцать три процента.
– Чёрт, – выдохнула она.
Протокол был чёток: наноботы могли реплицироваться только при получении специального сигнала – последовательности из шестнадцати импульсов на частоте 2,4 гигагерца. Сигнала она не подавала. Биореактор был изолирован, экранирован, все радиочастоты блокировались автоматически. Откуда взялась команда на репликацию?
Она запустила диагностику системы. Пока компьютер анализировал логи, Элизабет вернулась к микроскопу. Наноботы продолжали пульсировать, и теперь их свечение казалось не случайным. Сферы мигали синхронно, образуя волны света, пробегающие по всему образцу. Красиво и жутко одновременно.
Диагностика завершилась. Никаких внешних сигналов. Никаких программных сбоев. Система работала штатно.
Но наноботы размножались.
Элизабет почувствовала, как холодок пробежал по спине. Она взяла образец и перенесла его под более мощный микроскоп с атомно-силовым сканированием. На экране возникла трёхмерная модель нанобота в увеличении один к миллиону. Серебристая сфера диаметром в сто двадцать нанометров, усеянная микроскопическими манипуляторами. Внутри – процессорное ядро размером с крупную молекулу и запас строительных атомов.
