Земля пошла вразнос. Погода менялась не по сезонам, а по прихоти расположения светил, геомагнитные шторма превращали городские сети в спутанные клубки искрящейся меди, а сама почва словно разучилась удерживать фундаменты. Люди, привыкшие к стабильности, метались, пытаясь предсказать закономерности, которых больше не существовало. Вот как понимать яркие полярные сияния на экваторе, и ни следа сияний в их привычных местах - за полярным кругом?
Элана сидела на веранде, наблюдая, как небо над горизонтом окрашивается в неестественный, серо-фиолетовый цвет. Рядом с ней, на шаг позади, стояла Элисс. Элисс было восемнадцать, Элане — сорок, но их сходство не было сходством родственников. Это было отражение в разбитом зеркале, где один осколок был чуть старше другого.
— Они снова спрашивали о «схеме», — произнесла Элисс, не глядя на мать. В ее голосе не было раздражения, только констатация факта. — Им нужно, чтобы я нарисовала карту вероятностей катастроф на следующую неделю.
— Ты не можешь, — ответила Элана, не оборачиваясь. Она чувствовала тяжесть в груди — не свою, а Элисс. И знала, что Элисс сейчас ощущает легкий холод, который пробежал по спине матери. Им не нужны были слова, чтобы настроиться на одну волну.
— Я могу, но это бесполезно, вероятности вероятностями и останутся. Просто попытка применить логику к хаосу, — Элисс подошла ближе. Элана почувствовала тепло ее кожи — свое собственное тепло, перемноженное на два. Мать, сестра, дочь — эти слова в их восприятии утратили границы, превратившись в топологическую петлю.
В тени веранды стоял Марк. Обычный человек, из тех, кто в рамках одного из бесчисленных проектов все еще пытался спасти экосистемы Земли, строя бесконечные фильтры и стабилизаторы. Он смотрел на двух женщин с тем странным выражением, в котором смешивались страх, зависть и брезгливость. Он ненавидел их за то, что они не пытались участвовать в его работе. Они уже сделали свою попытку, и больше ничего не хотели. В том числе - ему нравиться.
— Почему вы не прилагаете никаких усилий? — голос Марка дрожал. — Мы работаем на износ. Мы пытаемся удержать планету от распада. А вы… вы просто ждете своего часа.
Элана посмотрела на него. В ее душе не было ни оправдания, ни злости, ни желания объяснить. Для нее Марк был лишь фоновым шумом, такой же случайностью, как внезапно начавшийся кислотный дождь. Он был «посторонним», набором атомов, не включенным в ее круг. Так было не всегда. Совсем не всегда. Теперь, правда, это не имело значения. Совсем. Для нее - точно.
— Наш час не на Земле, Марк, — сказала она ровным, лишенным интонаций голосом. — Ваша планета устала. Она хочет сбросить лишнее напряжение, а мы… мы просто несовместимы с этим напряжением.
