Солнце светило в окно так, как будто на дворе всё ещё лето, хоть и шёл восьмой день осени.
– Чёртово солнце, что ж так рано вздумало меня будить? – вслух пробормотал Иван, – На службу, небось, ещё не пора, поспал бы, отдохнул, а тут ты!
Он сел на своей постели, всё ещё в раздражении от происходящего, но делать было нечего: сон как рукой сняло.
– И ведь приснится же такая ерунда! – продолжал недовольно бормотать наш герой, – леса, поля, горы, ведьма какая-то, животные дикие – чушь сплошная!
Иван был в отвратительном расположении духа, ему категорически не хотелось на службу, ночь пролетела слишком быстро, да и к тому же принесла с собой тревожные сновидения о дальних странствиях, которые ему не приходились по душе. Ваня – самый известный лентяй и домосед в Тридцать восьмом Царстве.
Да-да, дело было именно в Тридцать восьмом, вы ведь наверняка много читали про Тридевятое и Тридесятое Царства, так что для вас будет в новинку послушать о соседнем Царстве и его обитателях.
Тем временем Иван уже натянул караульную форму, вышел во двор, там же умылся, сорвал с грядки переросший огурец – невкусно, но хоть какой-то завтрак – и отправился в сторону княжеского дворца.
Ваня был стрельцом и караульным, служба не тяжёлая, но и не лёгкая. В княжестве сейчас всё тихо-спокойно, князь Валериан со всеми водит дружбу и ни на кого не нападает, то есть, владеет искусством дипломатии. Так что караулить, в общем-то, нечего и некого, кроме, пожалуй, княжны Ольги, дочери Валериана.
При мысли об этой девушке губы Ивана сами собой растянулись в улыбке: «До чего ж она занятная!», – подумал он.
Они познакомились случайно, даже забавно. Ольга княжеский дворец не покидает, часто скучает, напевает песни, выращивает диковинные цветы на подоконнике, вслух читает книги, в общем, коротает жизнь до замужества. И вот однажды Иван задремал во время караула возле Ольгиного окна, а она в это время пересаживала свои растения. И вот Ваня дремлет, видя во сне большое застолье – разносолы на столе, квас рекой, даже дичь какую-то подают! У Ивана аж слюнки потекли, и он, конечно же, во сне, привстал и потянулся оторвать ножку у перепёлки с румяной корочкой…
И тут – бах! Жестокая реальность накрыла героя в прямом смысле, он открыл глаза и поморщился от боли: что-то с треском разбилось об его голову, к тому же вся рубаха от плеч была в земле! Иван застыл в недоумении, чувствуя, как в нём поднимается злоба и обида, к тому же больно саднила голова, и чувствовалось, что в длинных пшеничных волосах земли тоже довольно много.
