— Вход в стратосферу прошел успешно, — механическим голосом отчитался бортовой компьютер, выведя на экран данные об атмосфере таинственной «Экспериментальной зоны 4», — Корабль не получил повреждений, контакта с представителями местной фауны не произошло. Снижаемся дальше.
Каэл плавно повернулся к монитору.
«Концентрация азота — около 78 процентов, кислорода — около 21, аргона — 0,93 процента. Атмосфера практически идентична Кнаану», — мысленно отметил ученый.
— Ищу оптимальную точку для посадки, — отчитался искусственный интеллект.
— Каковы трудности?
— Густая застройка жилищ местных гуманоидов. Посадка рядом с этими домами может спровоцировать травмирование или гибель особей, что является косвенным нарушением Первого Космического Протокола.
Каэл провел ладонью по лицу. Не от жары, а как часть анализа. Ритуал, свойственный даже признанным в галактике ученым-биологам.
— Где мы находимся? — спросил он, посмотрев на мониторы, транслирующие картинку с камер внешнего наблюдения. Из-за темноты разглядеть что-либо было сложно, а тепловизор показывал множество зеленых точек.
— Северо-Восточное побережье континентального шельфа Евразийской плиты, — выдал новую справку бортовой компьютер, — Конкретнее: густонаселенное поселение гуманоидов класса «Д». В данный момент ночь, из-за чего особи функционируют в энергосберегающем режиме. Риски обнаружения минимальны.
Компьютер издал треск, анализируя новые данные.
— Обнаружено подходящее для посадки место. Рассчитываю траекторию.
— Жду, — ответил Каэл, слегка откинувшись в кресле. Он смотрел на экран, где всплывали фотографии.
Ученый увидел ряды прямоугольных бетонных коробок, тянущихся от земли до неба. Рядом с ними располагались другие коробки, квадратные. Между конструкциями тянулись серые линии, перебиваемые зелеными островками.
«Хоть в чем-то гуманоиды из ЭЗ-4 приблизились к нам», — Каэл позволил себе пару секунд меланхолии, вспомнив жилища на родном Кнаане. Одно большое пространство с капсулами. Лег, ИИ погрузил тебя в сон, по пути проводя диагностику тела и внося точечные корректировки.
«Насколько помню, местные пока этому не научились», — отметил ученый, — «Их прогресс ориентирован на оружие для уничтожения себе подобных и способы быстрого получения эндорфина».
В голове сам собой всплыл основной тезис Первого Космического Протокола: «Разумная жизнь священна в своем многообразии и потенциале».
Каэл продолжал смотреть в монитор с нескрываемым интересом. Бортовой компьютер сначала коротко пикнул, рапортуя об «обнаружении идеальной точки».
