Сила без закона — это разбой. Закон без силы — это бумага.
Из наставлений Всеволода Горностаева внуку
В империи этого мира магию не просят у богов и не находят в древних свитках. Её меряют, продают и записывают в книги учёта.
Магия здесь называется эфиром. Она поднимается из глубинных жил земли, и там, где жила выходит ближе всего к поверхности, стоит родовой Алтарь — чёрный камень, на котором держится сила дворянского рода. Алтарь работает как электростанция. У него есть выход в сутки, есть КПД, есть контур с накопителями, в которые уходит излишек. Эфир измеряют в мерах. Казна покупает его у родов по твёрдой цене: один золотой за сто мер. Купцы продают его в заряженных накопителях тем, у кого своего Алтаря нет. Каждое заклинание стоит денег, каждый боевой щит — расход, каждая дуэль — сделка, в которой кто-то тратит больше, чем может себе позволить.
Всё как в любой экономике. А где есть экономика, там есть и воровство.
Дворяне этого мира привыкли решать споры огнём и клинком. Аристократ, у которого сильнее Алтарь и выше ступень, всегда прав. Слабые роды гаснут. Их земли забирают соседи, долги выкупают гильдии, а последних наследников вежливо просят подписать бумаги у нотариуса.
Никто здесь не умеет читать отчётность. Никто не сверяет приход с расходом. Никто не спрашивает, почему у соседа со слабеньким Алтарём фонтан в саду работает круглый год.
До тех пор, пока за стол нотариуса не садится человек, который двадцать лет зарабатывал на жизнь именно этим.
Это история о мальчишке без силы и без денег, у которого есть только тридцать дней, забытый закон и привычка считать. И о том, что в мире, где магия — это валюта, самое опасное оружие — не огненный шар.
А аудиторская проверка.
Глава 1. Пункт одиннадцатый
Первым вернулся запах. Сургуч, дешёвый табак и пот — чужой, кислый, совсем рядом.
Потом боль. Кто-то держал его за загривок и вдавливал лицом в столешницу, так что щека расплющилась о холодное сукно. Перед глазами расплывалась бумага, исписанная ровным писарским почерком.
— Подписывай, щенок, — прогудело над ухом. — Перо в руке. Буквы ты знаешь. Чего ещё надо?
Павел Андреевич Северцев, сорок два года, партнёр аудиторской компании, последние три недели спавший по четыре часа в сутки из-за годового отчёта крупного холдинга, точно помнил, где находился минуту назад. В переговорной на двадцать третьем этаже, в три часа ночи, над расшифровкой дебиторской задолженности. Помнил, как сдавило грудь. Как он ещё успел подумать, что сноска к пятому разделу так и осталась неисправленной.
