В некоторых культурах принято считать, что жизнь подобна реке. Она начинается откуда-то из недостижимого далека и заканчивается в морях, что, суть есть остатки всех иных рек. Можно оборвать её построив непреодолимое препятствие – или приложить невероятные усилия и немного продлить её, добавив несколько изгибов. Однако, на эту метафору есть и иная точка зрения, которая гласит: жизнь бурным и беспорядочным потоком несётся куда-то в пропасть, утягивая за собой всё подряд, пока не кончится вода в сливной бочке. По крайней мере, именно это сравнение первым приходит на ум при наблюдении за любым экономическим форумом. И Подгорный Межрасовый Экономический Форум исключением не являлся. Представленный на нём круговорот всех цветов и форм разумной жизни вполне мог бы заставить окаменеть василиска – или довести Лича до повторной смерти от передозировки яркостью. Пропитанные пивом, маслом и табачным дымом гномьи бороды, трущиеся на уровне, где заканчиваются эльфийские юбки полупризрачного льна. Дриадские колье, причудливо отражающие газовые светильники в тщетных попытках отвлечь внимание от декольте – зачастую в полный рост носительницы. Пренебрежительные усмешки тёмных эльфов, брезгливо вздёргивающие то брови, то рукава покрытых рунами мантий… Всё это бурным потоком безумия проносилось от одного стенда к другому, то и дело затапливая открытый балкон смехом, руганью или проклятиями. Человек в белой рубашке поправил полы чёрного пиджака и посмотрел на потолок. Огромная латунная стрелка сдвинулась, отсекая ещё одну безвозвратно потерянную минуту.
– И всё-таки, есть в этом своя прелесть, – он щёлкнул переключателем в подлокотнике. Что-то в спинке кресла зашипело, подстраиваясь под изменившееся положение тела – Бурлящий котёл из кучи рас, движимый лишь силой творения. Хаос первозданный, как он есть.
Человек неглядя протянул руку и поднял чашечку Кофия. Сидящий рядом Кофий осуждающе нахмурил кустистые серые брови.
– Однажды тебе за такое отрубят руку, – сообщил он. Человек пожал плечами, умудрившись не пролить ни капли из доверху наполненной чашечки:
– Если им удастся дотянуться, то я даже похлопаю, – он аккуратно отпил чёрный, как душа некроманта, чай и вернул чашку на узорчатую подставку. – И вообще, я разве похож на человека, способного перепутать одного гнома с другим?
– Нет, – после секундной паузы признал Кофий и тоже откинулся на спинку. – Я уверен, что ты помнишь каждого гнома. Но только чтобы сделать каждое оскорбление персональным.
– Такова тяжёлая ноша настоящего расиста, – вздохнул человек, глазами сдирая последние лоскуты ткани с остроухих красавиц у буфета.
