ПАРАДОКС
Шаповалов
Роман
ГЛАВА 1
Я проснулся рывком — будто сорвался с обрыва. И первое, что врезалось в сознание — не утро, не мысли о делах, а… гимн. И не какой-нибудь там, а самый настоящий гимн Советского Союза. Да-да, именно тот, родной, исторический, пафосный хор. Я даже слова различил: «Союз нерушимый республик свободных…» И вот лежу, слушаю и думаю: это что сейчас было? Мне снится, что ли? Потому что следом бодрый голос сообщил: «Сигналы точного времени. Московское время шесть часов утра» , потом беглое перечисление городов с соответствующими временными показателями и в завершении «Во Владивостоке — час дня». Какие, к чертям, «сигналы точного времени»? И когда это у меня завелось радио? У меня дома вообще его нет. Ни будильника, ни приемника — максимум телефон, и тот на беззвучном.
Я замер, прислушиваясь. Тишина. Только сердце бахает. Открываю глаза — и тут меня накрывает второй раз. Я лежу в кровати своей старой квартиры. Той самой, в которой жил когда-то давным-давно. Смотрю на побеленный потолок, именно побеленный, а на нём, во всю длину, как родная метка из прошлого, знакомый стык между плитами. Я его помнил до последней трещинки, потому что в юности частенько лежал и философствовал в него глазами. И вот сейчас я смотрю на него снова. В деталях. Прямо как в фильме с очень хорошим качеством. У меня в голове первая мысль: «Ни хрена себе погружение во сне». Настолько четко, детально, с фактурой, с этой трещинкой. Обычно сны все какие-то мыльные, а тут — Full HD, если не 4K. Сплю или нет? Абсолютно ясная голова. Никакого тумана. Это настораживало больше всего. Даже щипать себя не пришлось. Просто, когда машинально протёр глаза, увидел свою руку. Рука — моя. Самая обычная. Но есть нюанс: она молодая. Не просто ухоженная и гладкая, а именно молодая. Кожа чистая, никаких тебе пигментных пятен, никаких шрамов и мелких морщин, которые я за последние годы уже, можно сказать, вырастил и к ним привык. Я поднимаю вторую руку — эффект ровно тот же.
В этот момент мой мозг, похоже, сдаётся. Я в одно движение подрываюсь с кровати. Кровать отвечает обиженным протяжным кряком, потревоженных досок. Звук знакомый, до дрожи.
Оглядываюсь вокруг. Всё, мир сошёл с ума. Либо я. Варианты примерно одинаково «приятные». Комната — моя старая, школьно-юношеская. Не «похожа», не «как две капли воды напоминает», а прям родная, до последней пылинки. Такое ощущение, что кто-то аккуратно перенёс меня в прошлое на тридцать с лишним лет назад. Вот и не верь после этого в сверхъестественные силы.
