В кулак возьму я волю, страх.
Металла сутью стану!
Раскинув Фениксом я прах,
Зубами вырву рану.
Из пытыки в пытку,
Из казни в казнь,
Искромсанная злобой,
Я воспаряю в вышину
И висну над дорогой.
Гляжу на тени, что бредут
Внизу с изнемождением.
Не люди – куклы, их
Рисует мне истерзанное воображение.
Я сплю и вижу страшный сон:
Здесь скованные льдом —
Дома, фигурки равнодушных,
Всё кругом!
Направо дышит ядкий смрад
Налево нечем уж дышать.
Я не дышу,
Но я грущу.
До ненависти, до изнеможенья.
Желаю столкнуть в пропасть этот мир?
Чтоб испытал он…
Чудовищное падение!
– «Ненависть!» Ната Феро сборник «Эпоха Падения Союза».
Погрязший в неге надуманного счастья, разум социума может произвести на свет только чудовищ! И это заметили задолго до нас с вами…
– Грапп Феро «Корни истины»
Дом Буна напоминал многоквартирный колосс – огромный куб закрывающий горизонт. Он вырос за поворотом и приближался. Буна к подъезду часто подвозил служебный автомобиль. Позади шофёра Бун устало разглядывал спешащих пешеходов, посетителей кафе, занятых созерцанием своих докеров, уличных блудниц, финансистов, администраторов и прочих. Их образы смазывались в одно замыленное неспокойное пятно. Даже ночью Тетра кипела жизнью, ни на миг не засыпая. Она, вечной мясорубкой, заглатывала в себя и перемалывала, забирая у жителей энергию. Затем выплёвывала кого куда.
Жители, увлекаясь игрой в собственные судьбы, охотно отдавали энергию, чтобы узнать победят или проиграют на этот раз. Проигравший, валялся в грязных переулках, бездомным или нищим. Тот, кто выигрывал, жили на самом верху. Бун жил на двадцать седьмом этаже своей пятидесятиэтажки. За своё относительное благополучие он мог благодарить только Альба. Не будь в начальниках этого мудрого человека, Бун, скорее всего, превратился бы в фарш, изрыгаемый мясорубкой Тетры, и спился, как те, кто спал под мостом и дрался бы со всеми за еду.
В выжигающем жизни мегаполисе судьбы имели неширокий выбор: нищие искали еду; рабочие соревновались за выживание в маленьких квартирках; состоятельные за то, чтобы урвать состояние; а финансовые воротилы за то, чтобы отхапать себе абсолютно всё. Формы соревнования определяли принципы Тетры – предприимчивость и конкуренция. Постоянное напряжение, невыносимый стресс основывали и двигали жизнь не только на Топале, но и на каждой планете Союза.
