Май девяносто третьего. Мотор советского «Амура-2» гудел, рассекая гладь Авачинского залива.
Шестнадцатилетняя Вика в потёртых джинсах, кедах и ветровке смотрела на белый пенистый след, тянущийся за катером. Её длинные каштановые волосы лезли в лицо и прилипали к губам. Часы показывали половину двенадцатого.
— А я обещала в четверг к Кристине на днюху прийти. И в библиотеку книги не сдала, — тихо пробормотала она. — Хотя какая уже разница.
Мысленно она всё ещё была на берегу, продолжая жить той привычной, понятной жизнью. Жизнью ученицы одиннадцатого класса, которая слишком быстро полетела ко всем чертям и от которой они с братом теперь вынуждены были бежать.
Берег Петропавловска-Камчатского превратился в тонкую, едва различимую полоску. С каждой минутой он становился всё меньше.
Они бросили всё: школу, дом, друзей. На берегу остался отец, который сейчас сидел в СИЗО и ждал приговора. Впереди — только надежда, что топлива хватит добраться до той заброшенной военной базы где-то посреди океана.
Теперь им угрожали не люди, а сама природа. Весь мир сжался до размеров старого катера и пары рюкзаков с самым необходимым. Над головами кричали голодные чайки.
Погода, к счастью, решила им подыграть. Волны были удивительно спокойны для этих широт. За штурвалом сидел Алексей. Прав у него, конечно, не было. Заметив, что сестра молчит и смотрит в одну точку, он спросил:
— Ты чего грустишь, Вик? Жалеешь?
Она поёжилась от холода.
— Может, мы зря поспешили? Просто... Мне как-то стрёмно.
Алексей на секунду отвернулся от штурвала и посмотрел на неё.
— Забей. Море спокойное. Мы всё правильно сделали.
Пытаясь отвлечься от тревожных мыслей, Вика нервно вертела в руках ключи от квартиры с пластмассовым дельфином на кольце. В её планах на лето были выпускной бал в белом платье и поступление в институт, а не побег на старом катере, который отец называл «ржавым корытом».
— Далеко ещё?
— Миль десять, около того.
Когда они отошли от берега ещё дальше, на горизонте появилось странное пятно. В стороне, словно из ниоткуда, начал сгущаться плотный туман.
— Смотри. Блин... Там облако какое-то странное. Мне это не нравится.
Алексей мельком глянул на белую стену, но руль поворачивать не стал.
— Не бойся. Обойдём сбоку, не страшно.
Но он ошибся. Мгла надвигалась с пугающей скоростью, будто кто-то пытался прогнать незваных гостей.
Видимость стремительно падала. Воздух вокруг начал бледнеть, терять краски, и уже через минуту они полностью погрузились в пелену. Солнце погасло. Холод сразу же пробрал до костей. Они плыли вслепую.
