Кир мягко, но сильно надавил на позвонок и ощутил мягкий толчок под пальцем. Ага, встал на место. Подчиняясь мысленной команде, медицинский робот убрал манипуляторы с позвоночника пациентки и втянул их в корпус. Кир взял помощника и спрятал его в сумку, после чего осмотрел следы его воздействия. На позвонках остались красные пятна, но ссадин не случилось. У робота на концах манипуляторов специальные подушечки, которые, с одной стороны, не наносят сильных травм плоти пациента, а с другой – не препятствуют силовому воздействию по вытягиванию позвоночника или тракции, если пользоваться медицинскими определениями.
Убедившись, что работа сделана нормально, Кир нажал на точку возле шеи женщины. Та зашевелилась, приподнялась, а затем и села на лавке. Посмотрела на целителя. На морщинистом лице блеклые от старости глаза. Грудь обвисшая, лифчика не носит – пожилая женщина.
– Одевайтесь, – Кир протянул ей вязаную кофту. – Я закончил.
Женщина надела кофту, застегнула пуговицы и поднялась на ноги.
– Пройдитесь, – предложил ей Кир.
Пациентка, ступая осторожно, словно бы по льду, прошлась по крашеному полу до стола перед окном, повернулась и вернулась к лавке.
– Не балиць, – сказала удивленно. – А ведь як спину скрутило! Чуть ступлю – и рэже як ножом.
– Только будьте осторожны, – подсказал ей Кир. – Тяжестей не носить, если нужно что поднять с земли или пола, присядьте, но не наклоняйтесь, а не то все повторится. У вас там позвонок сместился, и хорошо, что нет протрузии. Иначе потребовалось бы оперативное вмешательство. Я позвонок вернул на место, но он может вновь сместиться.
– Протрузия? – удивилась женщина. – Што гэта за хвороба?
– Межпозвоночный диск выдавливается в канал позвоночника, но фиброзное кольцо при этом остается целым. Если он прорвется, будет грыжа.
– Грыжа – гэта дрэнна[1], – согласилась женщина. – Ох, вучоны ты, Васильевич! Як табе аддзячыць?[2]
– Это к матери, – сказал ей Кир. – Я у пациентов денег не беру.
И он вышел в комнату, где за столом сидела мать.
– Есть кто на прием? – поинтересовался у нее.
– Не, – мать замотала головой. – Яна апошняя.[3]
– Ну, тогда я баню затоплю, – сообщил ей Кир. – Суббота как-никак.
– Топи, – мать согласилась.
Кир снял с вешалки фуфайку и накинул на себя. Сунул ноги в валенки, стоявшие возле порога, и оставил мать одну – впрочем, ненадолго. В комнату явилась пациентка.
– Помогло лечение? – спросила ее мать.
– Як памаладзела, – заулыбалась та. – Як ён гэта робить? Штосци там нажав на позвоночнике – и спина никольки[4] не балиць. А то чуть хадзила. Дзякуй вам, Сяменовна.
