Рита Романовна (Ромуальдовна):
Совершенно обычный день. Только настроение приподнятое. Вроде бы ничего не случилось, никто не приехал, «морковка» вкусненькая на вечер не висит. А счастье. И даже размышлять о его природе не хочется. Светишься, так наслаждайся!
Обычные рабочие коридоры тоже светятся: сегодня на удивление яркое солнце. И люди какие-то прекрасные. Никто не поверит, что ничего внутрь не употреблялось.
Директор вызывает – замечательно. Есть повод хорошего человека увидеть. Вот это уже переборчик, кажется. Но думать о его природе не хочется. Лечу!
Письмо из министерства… подготовить бумаги… а лучше сделать проект приказа… придут ответственные… Бред, но как же хорошо, и солнце ярчайшее просто.
Странное мельтешение за окном как ковшиком вычерпывает меня частями из эйфории: промелькнули – солнце не такое яркое, еще блик – люди обычные, задание стандартное. И, вообще, что это было? Возвращаюсь в мир. А за окном мелькает реально что-то странное. Приглядываюсь. Директор заинтересованно тоже. Вздрагивает. Да, там странное, даже, наверное, страшное. Только не мне. У меня растет тревога-забота и недовольство: Вот балбесы, что вытворяют! И самым естественным образом превращаюсь в дракона.
Оля:
Конечно, я думала, что как-то иначе все будет происходить. Не то, чтобы прямо думала, но ощущала и предполагала точно. Институт – уже значительная ступенька, потом практика, где все было просто замечательно. А вот работать в школе не стала – не мое. Не потому, что работы много, просто нет впереди никаких изменений, не предвидится, да, что уж, не будет точно! Дамский коллектив – вечен. Один, два некрасавца – потолок. А дети – всегда дети.
А с этой работой, мне, наверное, повезло: место красивое, центральное, спокойное. Ко мне (правда!) хорошо относятся. Вот только опять: нет впереди каких изменений, не предвидится. «Девочки, это, наверное, что-то со мной?».
Хочу замуж. Нет. Хочу замуж за хорошего человека. Да нет. Хочу замуж за любимого человека. И детей. Двое. Черт. Работать надо.
Кстати, наша леди сегодня не в себе: сияет и всех любит. Наверное, что-то хорошее случилось. Ну и хорошо, хотя напрягает. Забегает, что-то выкрикивает, убегает. Я даже не поняла, что ей надо. Директор спрашивает, не знаем ли чего. Не знаем. Вызвал ее на всякий случай. Прилетела счастливая. Вот блин!! Какой так грохот у них. Бежать – не бежать??
Петрович:
Ничего не понимаю. Мне странно. Ну, да, я человек нестандартный, это бывает. Но чтобы постоянно, второй день, абсолютно без причины… Но ведь странно как-то. Хочется всем правду не просто говорить – резать. Кому в любви объясняться, а кому за шиворот помои вылить. Прилюдно, с объяснениями: за что, и почему так долго молчал. Держусь, хотя трудновато. Заскочил в приемную, есть надежда, что меня не одного так крючит. Еще двое точно есть. Наша Ромуальдовна явно влюбилась, а персонаж, о котором даже думать не хочется, злостью исходит как-то особенно едко. Может, с погодой что?
