– это же та, что не умеет летать?
– ага, теперь её к нам перевели…
– Да не! не может быть! Ну не карабкаясь же по ветвям, она сюда забралась?
– А это не заразно?
По классу пронёсся гул голосов. Очередная школа, очередное дерево и очередная толпа детей – подростков, смотрящих на меня. У кого-то во взгляде читается испуг, в других глазах презрение и брезгливость… Изредка встречается любопытство. Но каждый раз это заканчивается одним и тем же… Они все делают из меня изгоя. Издеваются… А потом… Потом я ставлю их на место, как умею. Кулаками и своей силой. И снова перевод. И снова очередной класс. Мама, пока была рядом, постоянно повторяла мне, что я сильнее их всех. И не беда, что я не умею летать. И она очень просила не показывать всю свою силу. А я плохая дочь. Я не могу не злиться и контролировать себя. Я не могу всё это терпеть.
Я забыла представиться… Меня зовут Камелия или просто Ками. Мне пятнадцать месяцев и я не умею летать. К слову, в моём мире все умеют летать. Все, кроме меня. Даже котята. И нет, ни у кого из нас нет крыльев и прочих приспособлений. Дети начинают летать с первых дней жизни. Сначала бесконтрольно, а потом обучаясь управлять своими мыслями. И да, в возрасте двух месяцев наши дети уже умеют ходить и начинают складывать первые неуклюжие предложения.
Как эта система полётов устроена у животных, никто не знает. Да и никто не задавался этим вопросом. Просто потому что так было всегда. Никому до этого не было дела, пока не родилась я. Со своим странным дефектом. Как бы я ни старалась, я не могу взлететь. То ли я думаю как-то не так, то ли силы мысли не достаточно, чтобы поднять моё тело… Я не знаю. Но я столько усилий потратила на тренировки разума, что теперь могу запустить в полёт, возможно даже в космос, всё и всех, кроме себя…
В моём мире телекинез, телепатия и прочие способности, связанные с работой мозга и мыслей, есть у всех. У кого-то они развиты сильнее, у кого-то слабее… В любом случае в школах учат правильно их использовать. Математика и чистописание тоже входят в обычный школьный распорядок, но они даются гораздо легче, чем контроль способностей. Я так и не научилась сдерживать свои силы в моменты гнева…
***
– Камелия, представься и можешь сесть вон на то пустое место. Элиард, ты не против?
Парень, сидящий у окна, пожал плечами и убрал рюкзак с соседнего стула. Он единственный из присутствующих, в чьих глазах не читались привычные эмоции. Он смотрел на меня как-то странно… Как будто мы уже были знакомы. А ещё было в его взгляде что-то едва уловимое… Жалость? Нет… Скорее сочувствие и толика радости…
