Сиреневое облако. Ещё облако и ещё.
Северный Кипр. I will go… Кирения. Аббатство у одноимённой деревни Беллапаис.
Не буду останавливаться на описании здешних красот. Во-первых, потому что рассказывать о солнечном Кипре – пусть и Северном – мне, человеку с Севера, неизбежно захочется через «волнистую рожь при луне». А во-вторых, как бы ни был поэтичен рассказчик и как бы не был прекрасен «Шираз», если с первых нот вы не уловили мотив – придётся взять метроном и камертон и начать с урока сольфеджио.
Я помню свой первый такой урок. Я уснул. Хорошо, что это был не урок шахмат – меньше риска травмировать глаз.
Итак, если вы поняли смысл чтения нот с листа – и уловили нотку юмора – настройка проходит успешно. Можно двигать пальцами по грифу скрипки дальше.
Замечу лишь, что, наверное, ещё больше интересного скрыто от нас временем.
В него я и предлагаю вам со мной проникнуть.
Но прежде – две вещи. Точнее, два впечатления. Они не индивидуальны: вы могли увидеть и почувствовать их сами, если бы оказались в этих местах.
Первое – туи.
Четыре туи, посаженные во внутреннем дворике аббатства в середине XX века. Они символизируют монахов и женщин, с которыми тех монахов заметил наместник. Они рядом, но не могут прикоснуться: он к ней, и она к нему.
Второе – рептилии. Кипрские скальные агамы.
Запускаю метроном. Moderato – между Aandante и Allegro. Вы можете включить свою мелодию (в таком темпе я, например, выбираю «An Analog Guy in a Digital World» Martin Roth).
bpm 115. Темп задан.
“Кто ждёт в бездействии наитий, прождёт их до скончанья дней”
Завеса дрогнула. Войдём!
Молния нашла его, стоявшим у цератонии вплотную к стволу.
Признание уже прозвучало. Зефир подхватил его слова, и уносил их, прочь, скрывая от братьев Нота и Борея.
…
Воспоминанья, тени сна…
Я только странно повторяю
.....
Их было много. Но одною
Чертой соединил их я,
Одной Великой Красотою,
Чье имя: страсть и жизнь моя.
Небо.
Гром! Еще раскат! Анкор!
Тишина…
Мир замер. Агама замерла на мгновенье и посмотрела на дерево. Еще мгновенье. Она скрылась от дождя в укрытие.
Вдох.
И вы уже не видите ее, если отвели взгляд. Она убежала.
Только метроном. Было уже 120 ударов в минуту и вдруг… Пульс. Пульс затухает. Кровь остановилась в жилах.
Он сошел на сушу с первыми лучами Солнца. Камни еще не нагрелись.
Перед тем как спуститься он смотрел в предрассветное небо, в след исчезающей Венере, стоя у самого борта. Первый луч сверкнул в капле росы. Он прошел еще полупустую площадь и свернул в улочку. Он знал куда он идёт. Он не торопился. Он чувствовал, что успевает.
