Меня зовут Эд. Вернее, Эдуардо Васильевич Кожевников. Потомственный лоботряс и мастер бить баклуши, как говорила моя матушка. Это она, жертва бразильских сериалов, наградила меня этим имечком. Единственный беззаветно любивший меня человек. Отца я никогда не знал. Мама улыбалась и отвечала мне «счастливая ошибка молодости», когда я про него спрашивал. Я вообще сначала думал, что взрослые приходят в детский сад и выбирают себе малышей, каких и сколько хотят. Бойкая девочка Эва с большими глазами и розовыми бантиками шепотом обозначила все тонкости человеческого воспроизводства за беседкой в выпускной группе детского сада. Я тогда два дня пролежал с температурой, а мама подходила, лукаво улыбалась, обнимала и говорила «ну вот, ты теперь почти взрослый». Я истерил по-детски, в голос и безудержно. Мой прекрасный белоснежный единорожек банально оказался серым ослом. Казалось, весь мир вывернуло наизнанку. Наивным был.
Сейчас я сижу в клетке. В центральном городском парке. Под круглосуточным наблюдением.
Нет.
Я не стал мутантом, не стал маньяком, не по политическим убеждениям, я не провалился в прошлое и не оказался в будущем. Никто не рассматривает меня, как нечто удивительное и необычное, и никто не требует суда надо мной. Это для безопасности. Окружающего мира. Скажешь бред? Я тоже так считаю. Но оно – нет.
У этой истории, на самом деле, нет начала. Вернее, нет конкретной даты, ткнув в которую можно было бы сказать «с этого дня…» и так далее.
Жизнь вокруг меня никогда не отличалась особым разнообразием. То же солнце, та же луна, те же нескончаемые потоки людей и машин изо дня в день, тот же вечный вопрос, где взять денег. Будучи существом от рождения ленивым и совершенно непритязательным, в свои 22 годика я не имел ни постоянной работы, ни девушки, ни желания себя в чем-то найти. Мне достаточно было книг и компьютерных игр. На шее у доброй, любящей родительницы я, конечно, не сидел. Ну, по крайней мере, я так считал. Добывал на пропитание и нехитрые свои запросы подрабатывая в различных службах доставки. Периодически преодолевая пешком много километров, я решал сразу несколько задач. Во-первых, и это главное, физическая активность. Во-вторых, заставляя себя восстанавливать средства коммуникации с людьми, мне приходилось напоминать себе, что я являюсь частью социума. В-третьих, город – живой организм, всегда разный и мне нравилось наблюдать, как он меняется, а для этого пешая прогулка – лучшее решение.
И вот, когда в очередной раз захотелось чего-нибудь эдакого экзотического вкусненького, пришлось вылезти из своего уютного, теплого, пыльного, сумрачного кокона в реальный мир. В очередной раз, преодолевая расстояние из точки А в точку Б, наматывал шагомером километры. В очередной раз, на ходу слегка утонув в своих мыслях, потерял связь с окружающим миром. И со всей своей пешей скорости врубился в чью-то спину. Гора мышц медленно развернулась, и мне пришлось значительно задрать голову, чтобы отыскать лицо этого бородатого великана в кожаной бандане. Вспомнил, что в городе какой-то байк фест, и приготовился немного умереть в этих кувалдоподобных ручищах. Сначала я увидел совершенно искренне счастливую улыбку во все 32 зуба. Рискнул посмотреть в глаза, надеясь на помилование, и вот тут что-то пошло не так. Серая бездонная пустота его глаз как будто затянула меня в какую-то тягучую, липкую параллель. Мир стал слегка нереальным, словно графика просела. Как сквозь вату услышал ровный, спокойный голос: «Все в порядке, все будет хорошо».
