Ключ был холодным. Металлический прямоугольник с идеально ровными гранями, без единой зазубрины или бороздки. Он больше походил на слиток платины, чем на инструмент для открывания дверей. Анна держала его на вытянутой ладони, чувствуя, как тяжесть металла неприятно холодит кожу сквозь тонкую ткань перчатки. Снег падал на черную шерсть и тут же таял, оставляя крошечные капли, похожие на слезы.
— Ну же, Ань, открывай, — голос Кирилла звенел от нетерпения. — Это твой звездный час. Драматическая пауза затянулась минуты на три.
Она подняла глаза. Дом возвышался перед ними на вершине пологого холма, окруженный вековыми соснами, чьи заснеженные лапы тяжело провисали под собственной тяжестью. Архитектор назвал этот стиль «эко-футуризмом», но Анне здание казалось приземлившимся космическим кораблем, выточенным из дерева, стекла и серого камня. Крыша плавно изгибалась, имитируя линию горного хребта на горизонте, панорамные окна отражали свинцовое декабрьское небо, а деревянные террасы опоясывали дом, словно палубы диковинного фрегата.
— Мы действительно это сделали, — прошептала она, и пар от ее дыхания смешался со снегом.
Кирилл обнял ее сзади, положив подбородок на плечо. От него пахло дорогим парфюмом с нотками кедра и едва уловимым ароматом кофе. Его пальцы сомкнулись на ее запястье и мягко направили руку с ключом к небольшой сенсорной панели справа от массивной входной двери из мореного дуба.
— Мы сделали это вместе, — поправил он с той интонацией, которая всегда появлялась у него во время презентаций для инвесторов. Уверенной, обволакивающей. — Ты и я. Новая глава. Чистый лист.
Панель ожила. Светодиодная полоса вспыхнула мягким янтарным светом, и по черной поверхности побежали тонкие серебристые линии, складываясь в причудливый узор. Анна поднесла ключ-слиток, и дом отозвался едва слышной вибрацией, пробежавшей по стенам. Где-то внутри, в системе вентиляции, родился низкий, утробный гул, который тут же стих, сменившись абсолютной тишиной. Даже ветер, казалось, замер в ожидании.
Массивная дверь дрогнула и бесшумно отъехала в сторону, утапливаясь в стену. Из недр дома пахнуло теплом и чем-то неуловимо знакомым. Анна нахмурилась, пытаясь распознать аромат. Свежескошенная трава? Ромашковый чай? Нет. Запах старых книг, нагретой солнцем пыли и ванильного печенья. Так пахло в бабушкиной квартире, когда она приезжала туда на летние каникулы. Ей было тогда лет семь.
— Система уже работает? — спросила она, переступая порог. Голос прозвучал глухо, словно пространство поглощало звуки.
