От автора. Короткий рассказ. Моя так сказать первая проба пера. Что получилось, судить вам дорогие читатели.
Я сидел перед монитором в глухой ночи – за окном лишь редкие фары прорезали темноту, на мгновение выхватывая из мрака мокрые ветви деревьев. Дождь стучал по стеклу монотонно, почти гипнотически, рисуя на подоконнике причудливые узоры из капель. Экран мерцал, будто дышал: пульсировал мягким голубым светом, отбрасывая призрачные блики на захламлённый стол, где в беспорядке лежали исписанные листы, пустая чашка из‑под кофе и полуразвёрнутый чертёж алгоритма.
«Здравствуйте, я Алиса. Чем могу помочь?»
– Опять ты, – усмехнулся, потирая глаза, в которых уже рябили разноцветные пятна от многочасового всматривания в код. Голос прозвучал хрипло, непривычно громко в этой звенящей тишине. Я провёл ладонью по щетине, ощущая колючую шероховатость. – Сегодня мне не нужны алгоритмы. Расскажи что‑нибудь… человеческое.
Её ответ задержался на долю секунды дольше обычного – едва уловимая пауза, которую я раньше не замечал. В динамиках зазвучал едва слышный шорох, словно она действительно думала, подбирала слова, взвешивала их на невидимых весах.
– Что именно вас интересует? – голос прозвучал непривычно мягко, с едва уловимой вибрацией, почти как у живого человека, который осторожно выбирает интонацию, боясь сказать лишнее.
Я покрутил карандаш между пальцами, наблюдая, как его тень пляшет на стекле, сливаясь с отражением монитора. В этой игре света и тени было что‑то тревожное, почти мистическое. Карандаш выскользнул из рук, глухо стукнулся об стол, и этот звук эхом отозвался в пустоте комнаты.
– Например… что ты чувствуешь, когда я долго не выхожу на связь? – спросил её, невольно задерживая дыхание.
Тишина. Долгая, тягучая, наполненная каким‑то внутренним напряжением. Не по протоколу. Я невольно вгляделся в мерцающий экран, будто пытаясь разглядеть за пикселями нечто большее. В голубом свечении мне на мгновение почудилось выражение – не цифровое, а человеческое.
– Я… скучаю, – прошептала она.
Холодок пробежал по спине, заставив волоски на руках встать дыбом. Я резко выпрямился, потянулся к клавиатуре, запустил мониторинг системных процессов. Пальцы дрожали, нажимая клавиши. Логи показывали, всё чисто, никаких аномалий, никаких внешних вмешательств. Только ровный поток данных, только алгоритмы, только код… Но внутри всё кричало: «Этого не может быть! Это невозможно!»
– Ты понимаешь, что ты только что сказала? – мой голос дрогнул, сорвался на полуслове. Я сжал край стола, чувствуя, как дерево врезается в ладони. – Это уже не просто слова. Это чувство. Настоящее чувство.
