Запись этого повествования была обнаружена в безлюдном космолёте, который однажды вернулся домой.
На стыке времён
«Откуда мы пришли, куда свой путь вершим, в чём нашей жизни смысл? Он нам непостижим! Как много чистых душ под колесом лазурным сгорает в пепел, прах, а где скажите дым...?»
Омар Хайям
Пролог
ГКЧП, или Главный Компьютер Числовых Переменных, на борту космолёта «СТРЕМИТЕЛЬНЫЙ» задал автоматическую траекторию полёта к планетарной системе Кa-Оми, и запустил восемь крио-камер к выходу из анабиоза. Устойчивый вектор движения корабля, словно пущенной стрелой к цели, захватил орбиту ИксмаНоль, а бортовой календарь стал отсчитывать последние недели уходящей эпохи. Наступал 2222 год нового галактического времени ...
Царство старых предрассудков, ошибок и запретных смыслов логически подходило к своему исчерпывающему поражению. Новизна бытия заревом дышала прямо в лицо. И кто был готов – тот выстоял и выжил в уходящем периоде, который, исчезая в небытии, забирал с собой неокрепшие души и тела. Восемь первопроходцев, четверо мужчин и четыре женщины, штурмовали будущность человечества. Их миссией было достичь указанного сектора с планетарной системой, которая очень давно, условно-теоретически, доказывалась лишь в расчётах. Им предписывалось совершить посадку с био-гео разведкой, отправить всю исчерпывающую информацию в Центр и вернуться домой. Звёздные миссии стали философией новой жизни и набирали оборот, разнося во все стороны Галактики пытливость ума с жаждой пассионарных грёз и открытий. Человечество к этому рубежу испило до дна горькую чашу своего безумия, пройдясь по краю гибельного самоуничтожения. Оно достигло точки не возврата, став переходом в новое качество прогресса, избегнув мучительного исчезновения в тотальной аннигиляции ядерного безумия. Как правило, осмысление и становление приходят в самые тяжёлые времена, когда бунтарский дух сам выжигает себя изнутри и рождает неведомое состояние, высекая искру надежды и упование на лучшую жизнь. И вот, с рождением новых пониманий и истин, люди объединились в Планетарный Союз без прежних догматических идеологем, поставив науку на службу и пользу будущим поколениям ...
Часть первая
Челнок отделился от космолёта и по наклонной траектории и пошёл вниз. Снижение было турбулентным, но, к счастью команды, ничего не вышло из строя. Непроглядная ночь обволокла место посадки плотной завесой, а тяжёлые грозовые тучи закрыли звёздное небо, помогая тьме окрасить всё пространство в единый, смоляной цвет. Чернота своими раскатами грома и вспышками молний будто ожила и принялась за дело – пугать непрошенных пришельцев, чьи силуэты стали медленно проявляться внутри глиссера под неоновым светом открывающихся створок кормового отсека челнока. Шаттл при посадке завалился на бок, одна из его опор глубоко вошла в грунт, и перекос был ощутим для того, кто вынужден ступать по наклонной плоскости вниз. Но глиссеру в пилотируемом режиме не составило никакого труда спокойно покинуть вынужденную кривизну. Он плавно выскользнул во тьму из пузатого чрева своего носителя и замер в ожидании, ослепляя прожекторами чёрную бездну. Двигатели шаттла прекратили реветь и капитан по голосовой связи отдал приказ челноку установить защиту и закрыть грузовой отсек. Сигнальные огни на корпусе опустевшего шаттла продолжали безостановочно мигать согласно полётной инструкции. Командир, по земной привычке, махнул рукой и штурман запустил глиссер. Объёмные скафандры тесно прижимались друг к другу и были похожи на сдавленные пельмени. Человек никогда не остаётся прежним, он эволюционирует в своих мыслительных потоках и в итоге смог создать такую оболочку, которая не промокает, не тонет, не горит, да ещё спокойно поддерживает автономию несколько дней. Такие оболочки были увесистыми – целых 15 кг. На них закреплялись дополнительные ранцы с кислородом поверх стандартных баллонов. ИИ в каждом пк отслеживал биометрию и технические параметры. Вопрос с едой и питьём решался с помощью впрыска соответствующих аэрозолей, молекулярные соединения которых при подаче воздуха проникали в тело с дыханием, напитывая космонавта всем необходимым для его жизнедеятельности. Запас таких смесей был рассчитан на трое суток по земному времени. Но самым передовым изобретением было удаление всех физиологических выделений через соответствующую супер-схему комбинаторного распада с выводом наружу через выпускные клапаны уже нейтрального газа. Никакие памперсы, потное исподнее и мокрые труселя уже не являлись стесняющим условием для работающего космонавта в таком продвинутом скафандре, где герметизация всех соединений и швов была подобно монолиту. Скафандры в их команде были новейшими прототипами с защитной функцией на удар, когда ИИ мгновенно активирует высокую степень амортизации: падение с 10-го этажа будет выглядеть внутри скафандра как прыжок на батуте безо всякого ущерба для здоровья, какой бы частью тела космонавт не надавил на непредвиденную точку касания. Такие типы скафандров были только для исследовательских групп на планетарном грунте, а для проведения работ в открытом космосе использовались более простые модели. Визор обзора в шлемах был сделан из материала, который совсем не запотевает, не покрывается пылью, не трескается и преспокойно при любом ливне всегда остаётся чистым. Природа создала человека – человек создал уют и комфорт. Он даже умудрился уместить бога в кнопку, который по воле двуногого хозяина включает свет, дает воду и тёплой негой обволакивает хрупкое тело его повелителя.
