— Ваше Величество, — произнес Финн, кивая, — рад видеть.
Бран сдержанно кивнул в ответ, и Финн внутренне напрягся. Плохой знак — брат ещё очень зол.
— Надолго к нам? — спросил Финн.
Голубые глаза брата сковал холод, отвечать он не стал — прошел дальше. Финн последовал за ним, понимая, что разговор король решил не откладывать. В кабинет Бран не пошел — расположился в гостиной. Возможно, всё не так плохо. Казнить будут не сразу, частями. Неуместное веселье Финн едва успел погасить.
— Где {твоя} подопечная? — спросил Бран, уютно располагаясь на диване.
— Готовится встретить Его Величество, — ответил Финн, усаживаясь напротив.
— Ты сообщал, что обучение успешное и она справляется.
— Скоро вы сможете в этом лично убедиться.
Финн не лукавил: девушка действительно делала поразительные успехи. Если бы он не знал правды, то решил бы, что перед ним аристократка. Вот только сегодня опять учудила с этими картинами! Ей с Кайлом нельзя одним воздухом дышать, не то что общаться! Порознь ещё управляемые, а вместе — водоворот неприятностей!
— С Кайлом были проблемы?
— Он понимает всю серьёзность положения и оказывает всевозможное содействие, — ничего не дрогнуло, когда Финн говорил это. Врать он умел. Впрочем, в высших кругах это впитывается с младенчества. Слабым не место в свете.
Бран криво усмехнулся.
— Ты точно про того Кайла, которого я знаю, говоришь?
Перед глазами Финна предстал сломленный младший брат у камина. Он никогда не видел его таким. Привык считать избалованным, проблемным, вечным ребенком, относился к нему соответствующе. Он даже не пробовал с ним говорить. Ни разу с того самого дня, когда отец собрал всю семью: матушку, его, Брана и Кайла, — и сказал, что Кайл не его сын и им не брат, что у того нет никаких прав и что Кайл не достоин носить имя Ниа Скайла.
Сейчас Финн понимал, что это была такая месть отца любимой женщине, которую подозревал в измене. Позже отец остыл, продолжил обучение Кайла, покупал всё, что тот хотел, но, как прежде, уже не было, разбитое не склеить. Матушка отдалилась от всех. Бран, как и отец, сторонился Кайла, как от грязи, а он, Финн… ему было всё равно. У него была своя жизнь, и проблемы семьи его мало волновали, тогда его интересовали лишь женщины: возраст был подходящим, он только что открыл для себя новую яркую сторону жизни. Впрочем, с того времени мало что изменилось. Финна по-прежнему интересовали женщины, вольная жизнь и собственный покой, и только случай с Мередит вынудил его вспомнить о долге и семье.
— Так долго думаешь? — донесся сквозь туман собственных воспоминаний голос брата. — Или он тоже мертв, и ты нашел кем его заменить?
