Центральная гравитационная магистраль, сектор Кси,
Деймос, база «Эрро́ниус», наши дни
//координаты засекречены //
Он слушал пустоту. И услышал крик.
Посреди тесной, напоминавшей скорее конуру, чем жилое помещение, каюты, на жестком напольном покрытии сидел молодой человек. На вид ему можно было дать не более двадцати пяти лет, хоть вертикальная морщинка на переносице сейчас углубилась и могла подсказать стороннему наблюдателю о тревожном и даже опасном прошлом хозяина этого помещения. Белые, словно свежий январский снег, волосы падали на его плечи. Руки расслабленно лежали на коленях ладонями вверх, демонстрируя аристократические пальцы и лаконичный перстень с печатью галактической службы безопасности. Глаза молодого человека были прикрыты. Он неглубоко и ровно дышал, хмурился.
— Эйр тан анфарэ́…
Его мысли витали за пределами обитаемой части галактики и ее транспортных коридоров, взгляд скользил среди вечной Пустоты. Он слушал космический ветер, свободные и горячие потоки которого разлетались по галактике и разносили, будто старые сплетницы, новости.
А новости в последнее время случались все больше печальные: пропавшие бесследно корабли, изувеченные экипажи, обездвиженные станции…
Что стояло за катастрофами: совпадение, происки космических пиратов или криминальные разборки? Галактическое сообщество старалось сохранять блаженное неведение.
Лишь немногие видели подлинное положение дел и связывали происходящее в одно тревожное целое. Эти немногие отмечали волокна единого умысла, фатальность несчастных случаев. За происходящим они просматривали строгие закономерности, а за ними — неуклонные изменения в материи всего сущего… в гравитации.
Юноша, сидевший в тесной каюте на потерянной среди пустоты станции, слушал ее.
Его сознание деликатно — чтобы не навредить — касалось невидимых глазу струн.
«Где же ты? — словно ревнивый любовник спрашивал он, вглядываясь в клубящийся на краю Пустоты мрак. Именно там — он чувствовал это наверняка — скрывалось то, что надвигалось с неизбежностью стихии. — Что же ты есть?»
Словно приведенный в действие часовой механизм, из недр Великой Пустоты слышался гул — это натягивались гравитационные струны, стонали под тяжестью неслыханного груза… и с протяжным стоном, от которого стыла кровь в жилах, рвались.
Сознание юноши потянулось за одной из них, коснулось невесомо — подушечки пальцев стало покалывать. Мгновение замешательства — и он упустил ее. Оглянулся — и увидел хаос взрывающихся планет и сталкивающихся звездных систем.
