Пролог
Июль, 1989 г.
Ясный теплый солнечный день – какой бывает только в восемь лет – уже склонялся к вечеру, но был еще бесконечно длинным и сулящим много веселья и радости. Трое мальчишек вскочили на четвертый этаж панельного пятиэтажного дома и остановились у двери слева. До звонка еще никто дотянуться не мог, поэтому Ваня просто постучал кулачком в дверь и отошел на шаг назад. Все замерли в ожидании, прислушиваясь к звукам за дверью. Всегда открывала мама Игоря, стройная женщина с пышными черными волосами, симпатичным лицом и мягкой улыбкой. Очень высокая и взрослая – какой она может выглядеть только в глазах малышей в восемь лет.
Послышались быстрые шаги и лязганье замка, дверь приоткрылась и высоко – так, что пришлось задрать голову – показалась голова тети Лены. Она улыбнулась, и ее светящееся молодое лицо с играющими на нем лучами яркого солнца будто сливалось со светлыми красками дня, как всегда выглядят взрослые снизу только в восемь лет.
– А Игорь выйдет гулять? – прозвучал чистый вопрос Вани без излишних формальностей, как можно спросить только в восемь лет. Три пары глаз снизу вверх смотрели в глаза тети Лены.
– Заходите, – дверь открылась, – конечно, сейчас я его позову. Игорь! За тобой пришли!
Трое мальчишек еле поместились в узком коридоре, кучкуясь у двери и не решаясь пройти дальше. У Игоря была трехкомнатная квартира, но уже три поколения жили в ней все вместе. Все три комнаты выходили в один коридор. Послышался шум из правой комнаты и показался папа Игоря. Долговязый, всегда небритый, с не ухоженными волосами. Его они побаивались – как побаиваются взрослых в восемь лет: что можно ожидать от такого взрослого? – скорее всего будет ругать за что-то. Но на удивление сегодня он был радостный – борода раскорячилась по щекам, рот растягивался в улыбке.
– Гулять пойдете? Будете играть в «казаки-разбойники»?
– Не, мы будем в «Попа», – выпалил Саша.
– Да? – протянул папа Игоря, подчеркивая, что ему очень интересно, – это что за игра? – его улыбка стала шире, показывая, что в голове у него возник ряд очень забавных образов, каких, кончено, им было не понять в восемь лет, но превосходство над малышней все же побуждало его высказать их.
– Ну в «Попа», – сказал Ваня, выхватив инициативу у Саши; лед был разбит, и теперь будет говорить только он; Саша посмотрел на тетю Лену, она была очень красивая, – ну там палкой надо сбивать банку, потом уворачиваться и забирать ее и…
– Вы что же, в попа рядитесь и кадилом машите? – сказал папа Игоря, рассмеявшись; тонкий юмор атеистического сарказма доставлял ему особое удовольствие.
