Когда они оказались у дома, Дейзи дала Рэду идти самостоятельно. Уже на крыльце они услышали возмущённый голос Крайслера. Женщина недовольно скривилась, у Рэда сильнее заболела голова.
– Вот она! – воскликнул Питер, когда они переступили порог. – Ты её упустила!
Лицо Дейзи обратилось непроницаемой маской. Рэд прислонился к стене и позавидовал Роману и Кливленду – первый занял кресло, а второй развалился на диване.
– Ещё раз ткнёшь в неё пальцем, останешься без руки, – с угрозой прорычал Старкер – по гримасе было видно, что ему тяжело стоять на раненой ноге, но он держался.
Пыл Крайслера заметно угас, но он явно не закончил и то и дело кривился от боли. Его губа и скула были рассечены, пятна под глазом и на подбородке через несколько часов грозили окраситься синим.
– Ты упустила её, – повторил Крайслер спокойнее. – Эту девчонку с очками…
– Мэдс, – подсказал Рэд рассеянно.
– Да, подружка Кливленда!
– Пока нет, – отмахнулся Кливленд.
– Я не убиваю детей, – холодно отрезала Дейзи. – А теперь закрой рот и иди за мной. Твои царапины нужно обработать.
Крайслер явно высказался не до конца, но как-то визуально сдулся и пошёл следом на кухню. Рэд с облегчением выдохнул и прошёл в гостиную. Скинул ноги Кливленда и опустился на освободившееся место.
– Какие будут распоряжения, шеф? – спросил Роман.
– Пока никаких, – скривившись от боли и тошноты, покачал головой Рэд. – Кливленд, можешь с чистой совестью обдолбаться, сегодня работы не будет.
Тот фыркнул и ушёл наверх. Роман ещё недолго посидел напротив, словно хотел что-то сказать, но всё-таки поднялся вслед за Кливлендом. Рэд закрыл глаза и постарался забыться. Голова кружилась, его тошнило, но он сделал над собой усилие.
– Повернись.
Рэд вздрогнул. Его разбудил стук склянки о журнальный столик. Ему осталось только подчиниться и довериться сухим тёплым рукам.
– Спасибо.
Они сотрудничали уже не первый год, но Рэд так и не мог понять, как относиться к Дейзи. Она была заботливой хозяйкой, готовила на всех, латала раны, но также была хладнокровна перед лицом смерти и без колебаний спускала курок.
– Значит, у тебя есть принципы, – вдруг сказал Рэд. – Мэдс…
– Они всего лишь дети, – невозмутимо отозвалась Дейзи. – Детей не убиваю.
– Я не знал, что тебе знакомо милосердие.
Рэд осознавал, что ходит по краю, но не мог остановиться.
– Это не милосердие, – покачала головой женщина, её губы исказила пугающая усмешка, – а отсутствие азарта. Они не знают ненависти и жестокости. Они не способны на убийство. Ни один уважающий себя гроссмейстер не станет играть с новичком. Какое в этом удовольствие?
