Воздух в Гливисе всегда был плотным, тяжёлым и маслянистым – словно его можно было взять да намазать на хлеб. Я работала в конструкторском бюро во Внутреннем круге. Выйдя из здания и сразу перейдя на бег, я мчалась к воздушному причалу. Дирижабли во Внешний круг ходили редко, ещё бы – никто не хотел лишний раз оказываться в мире, полном грязи, копоти и зловония. Успев заскочить в уже отчаливающий транспорт, я облегчённо вздохнула.
Подо мной, среди зелени и величия Внутреннего круга, виднелся тот самый заветный район – «Латунные Террасы».
«Куплю таунхаус из красного кирпича, посажу топиарные кусты, встречу достойного мужчину и буду наслаждаться солнцем над Гливисом каждый день», – промелькнуло в голове.
Внутренний круг был буферной зоной между Центром и Внешним кругом. О Центре нам было известно мало – разве только то, что там жил сам Император, управляющий нашим городом-государством. Вот бы хоть раз там оказаться…
Но дирижабль уносил меня всё дальше от моих фантазий – в ту часть города, где солнца не было видно, а самые бедные жители не знали его спасительного тепла.
Сойдя на причале, я направилась в лавку за баллоном для газовых ламп.
Чёрт, каждый раз забываю купить их с запасом.
Ступая по вымощенной щебнем узкой тропинке и огибая радужные масляные лужи, я открыла массивную металлическую дверь. Подойдя к прилавку, нажала на ржавый медный рычаг и наклонилась к голосовому усилителю.
– Добрый вечер. Можно мне один… хотя нет, давайте два газовых баллона? – мой голос тяжёлым эхом разнёсся по помещению.
Из-за стекла выглянуло уставшее лицо лавочника.
– Добрый вечер, Элиза. Для тебя – что угодно.
Его голос, искажённый помехами усилителя, казался более резким. Старик отвернулся, набирая сложную комбинацию на панели рычагов и кнопок.
– Как работа? – поинтересовался он.
– Ничего нового, опять целый день на звонках. Наше бюро получило заказ на конструирование нового дирижабля. Говорят, будет чудо техники, – ответила я, закинув две никелевые монетки в нумизматор.
– Ох, милочка, дирижабль – это хорошо, но лучше бы копоть эту разогнать, да с воздухом что сделать… Антракоз половину квартала уже выкосил. Ну что ж это я болтаю… – Он открыл вентиль, и по огромной медной трубе, тянувшейся через всю лавку, ко мне спустились два баллона. – Забирай. Только аккуратней – время уже позднее.
– Спасибо. Да благоволит вам Великая Шестерня.
Я слегка наклонила голову и вышла.
Из светлой лавки, окружившей меня нежным теплом и запахом озона, я шагнула под слабый свет газовых фонарей. До дома оставалось несколько минут. Положив баллоны в сумку, я ускорила шаг.
