Обычно победы в природоохранной сфере выглядели совсем не так, как представляли себе люди.
Не было ни фанфар, ни красных дорожек, ни ликующих толп, ни даже газетных заголовков.
В общей статистике появлялась новая цифра. Популяция исчезающего вида была спасена. Учёные осторожно меняли прогнозы, а Международный союз охраны природы переводил вид в другую категорию.
Знала бы общественность, сколько на самом деле бессонных ночей, переговоров, экспедиций и поражений предшествовало сухой строке в отчёте.
В этот вечер в стокгольмском офисе международной организации International Conservation Network было необычно шумно.
Такая атмосфера не была чем-то естественным для их конторы. Сотрудники обычно вели себя очень сдержанно. Но сейчас их большая победа, результат четырёхлетних усилий, привела весь офис в состояние лёгкой эйфории. Исчезло напряжение, сопровождавшее их всех на протяжении долгого времени.
На большом экране в переговорной светилась диаграмма.
Численность сайгаков увеличилась и, согласно отчёту, значительно выросла за последнее время. Вид больше не находился на грани исчезновения.
Никто ещё не был на 100 % обнадёжен, но впервые за долгое время речь шла уже не о том, как остановить катастрофу, а о том, как сохранить достигнутый успех.
В комнате отдыха собрались сотрудники. Была заказана еда: пицца, суши и даже корейская кухня.
На столе стояли бутылки с минеральной водой и несколько бутылок вина. Рабочее время закончилось, и начальство дало на это разрешение. В этом был своеобразный символизм. Все старались, и у них получилось.
Люди радостно беседовали. Мужчины сняли пиджаки и расслабили галстуки. Молодая координатор проектов рассказывала, как в Казахстане местные пастухи начали сами помогать инспекторам искать браконьеров. Экономист о чём-то говорил с биологом о восстановлении экосистемы. Разговоры звучали одновременно на английском и шведском.
Эрик Хольм сидел чуть в стороне. Он никогда не любил быть в центре внимания. Рядом с ним лежала тонкая папка с итоговым отчётом. Она была открыта, и было видно, что в ней были сделаны какие-то отметки.
— Ты неисправим, — услышал он знакомый голос.
Даниэль Коста поставил перед ним стакан с лимонадом.
— Хотя бы сегодня закрой папку.
Эрик посмотрел на него. Даниэль был в хорошем настроении, но от взгляда Эрика не укрылись сильная усталость и тени, залегшие под глазами коллеги.
За последние месяцы они оба почти не появлялись дома.
— Спасибо, — сказал Эрик, принимая напиток.
