Глава 1. Наследство с дырявой крышей
Глава 1. Наследство с дырявой крышей
В половине второго ночи бутик-отель в переулке у Чистых прудов затих, а старший администратор Варвара Сомова сводила квартальный отчёт. Цифры упрямо не сходились на четыреста двенадцать рублей. Из номера 308 уже в третий раз звонили сообщить, что подушка «какая-то слишком подушечная».
— Уважаемый гость, ваше пожелание зафиксировано, — пропела Варвара в трубку и вывела на стикере: «308 — гречневая подушка, утром. Мне — валерьянка, сейчас».
Ночной портье Стас принёс ей третий за смену кофе и отправился досыпать в гардеробную. Варвара вытащила карандаш из пучка, обвела злосчастные четыреста двенадцать рублей и решила, что квартал получился образцовым. Заполнение — рекордное, плохих рецензий — ноль, выходных — тоже. Дома её ждал кактус. Хотя нет, кактус уже засох.
«Ты живёшь как гостиница, Варя. Всем удобно, никому не тепло».
Игорь сказал это за неделю до свадьбы — спокойно, складывая рубашки в чемодан. Рубашки она гладила сама. Аккуратные стопки выглядели убедительнее любых объяснений.
Варвара уронила голову на клавиатуру, всего на минутку. Таблица под щекой поплыла, распалась на бесконечный ряд единиц.
Разбудил её холод. Снежинка села на нос и растаяла. Варвара открыла глаза. Потолка оказалось меньше, чем положено: между почерневшими стропилами чернела дыра, а в ней висело серое небо. Сама она лежала на жёсткой кровати под овчиной, пахнувшей козой.
Рядом кто-то сопел. Существо ростом с табурет, лохматое, с седой бородой до пояса, рассматривало её угольными глазами. В бороде застряли солома и хлебная крошка. Лапти на ногах были разного размера: левый заметно больше правого.
— Понаехали тут наследнички, — проворчало существо. — Прокопушку никто не спросил. Спит до полудня, а крыша сама себя не залатает.
Варвара ущипнула себя за запястье. Больно. Для надёжности повторила. На коже наливался синяк.
Она пошарила по бокам в поисках телефона и нащупала карман чужого шерстяного платья. В кармане обнаружился только её карандаш.
— Где мой телефон?
— Чего?
— Плоская такая штука. Светится.
— Светится у нас лучина, — с достоинством ответил бородач. — Блажная, что ли, девка?
Он шмыгнул носом и скрылся за печью. Не ушёл — именно исчез, будто его стёрли ластиком.
Дверь распахнулась. В комнату боком, иначе не помещалась, вошла женщина. Крупная, зеленокожая, с чёрной косой, обмотанной вокруг головы, и двумя аккуратными клыками из-под нижней губы. От неё пахло корицей и дымом. В руке-лопате дымилась миска.
