Вход в пещеру «Каменное Горло» на карте был обозначен скупо: «глубина ~50 м, затоплена, для спелеологов». Для Антона, уставшего от людей и ищущего тишины и первозданности, этого было достаточно. Он был одиночкой, и его снаряжение было его единственной компанией.
Солнечный свет умер у входа, словно испугавшись сырого мрака. Через два часа спуска по скользким желобам, ползком по узким сифонам и каменным утробам, Антон понял, что карта врет. Эта пещера была глубже, сложнее, древнее. Воздух стал густым, пахнущим не плесенью, а чем-то другим — озоном и камнем, раскаленным в невидимом горне.
Он протиснулся в очередную расщелину, и фонарь выхватил из тьмы не очередной грот, а… улицу. Широкий, идеально ровный тоннель, стены которого были не просто высечены, а оплавлены, словно камень лили как воск. По бокам — арки дверей, замысловатые решетки из какого-то темного металла, не ржавеющего во вечной сырости. И свет. Мягкий, холодный свет, исходивший от шаров, закрепленных на стенах, внутри которых клубились молочные туманности.
Антон замер, сердце колотясь о ребра. «Заброшенный рудник? Секретный объект?» — лихорадочно соображал он. Но рудники не строят с такой эстетикой, а на секретных объектах есть охрана.
Он увидел их первым краем глаза — тень, отделившуюся от арки. Невысокую, коренастую. Потом вторую, третью. Они выходили бесшумно, окружая его полукругом. Ростом чуть выше пояса Антона, но широченные в плечах, с длинными, мускулистыми руками. Лица, освещенные мерцанием светильников, были не старыми и не молодыми — морщинистыми, как кора древнего дуба, с пронзительными глазами, сверкавшими из-под мощных надбровий. Одеты в простые, но прочные ткани и кожи, украшенные сложными металлическими пряжками и инкрустациями из самоцветов.
«Гномы… — пронеслось в голове Антона, смесь восторга и паники. — Я нашел гномов».
Один из них, с бородой, заплетенной в два сложных жгута с вплетенными медными кольцами, шагнул вперед. Его голос прозвучал низко и гортанно, но слова… слова были странно знакомыми, искореженными, но понятными.
— Че-ло-век. С по-верх-нос-ти. За-чем лаз-ишь в Чертоги Рода?
— Я… я турист. Исследую пещеры. Не хотел нарушать… — запинаясь, начал Антон.
Короткий, похожий на удар камня о камень, смешок прошел по рядам низкорослого народа.
— Турист, — повторил вожак без тени улыбки. — Словечко новое. Раньше звались иначе. Шли с крестом и железом. Звали нас «чудью», давали выбор: крещение или смерть. Мы выбрали третье — уход. В глубь.
Антон вспомнил смутные легенды, истории о древнем народе «чудь», ушедшем под землю, когда пришли новые люди.
