Бар «Три Луны» примостился на скалистом берегу Ксавирона – пограничной планеты в системе Эридана, где звёзды горели ярче, чем в центре галактики. Океан, тёмный и глубокий, мерцал светом фиолетовых водорослей: казалось, звёзды упали в воду и не погасли, а продолжают жить там – медленно, размеренно, как дыхание спящего великана. Две луны – Селара и Тирон – рисовали серебристые дорожки на волнах, а третья, мифическая Ксавир, по местной легенде, появлялась раз в столетие, принося удачу или бурю. Космическая верфь за холмами гудела, строя корабли для рейдов в глубокий космос, но здесь, у воды, царили только шёпот волн и солёный ветер.
Алекс Ворон сидел на открытой веранде в самом дальнем углу, там, где деревянные перила почти нависали над водой. Он лениво крутил стакан с ксавиронским виски – напиток отдавал дикими травами и морем, как будто сама планета растворилась в нём. Взгляд скользил по тёмной поверхности океана, по фиолетовым всплескам света под волнами, но мысли были далеко – в другом времени, в другом месте. В академии. В длинном коридоре с портретами героев космоса на стенах и макетами исторических кораблей начиная ещё с парусного флота и заканчивая самыми последними звездолётами, способными пересекать неимоверные пространства. Где однажды утром он столкнулся с девушкой, которая тащила стопку учебников выше собственной головы и при этом умудрялась ещё и что-то напевать себе под нос.
Её звали Рэй. А все в группе называли её Эдельвейсом – за ум, упрямство и красоту, как у цветка, что растёт на неприступных скалах там, где другие не выживают.
Алекс не заметил, как она вошла. Просто почувствовал – что-то изменилось в воздухе, как перед грозой. Ещё не гром, не молния – только то неуловимое напряжение, которое говорит: сейчас что-то произойдёт. Он поднял взгляд.
Рэй стояла у входа, и на секунду остановилась – не потому что растерялась, а потому что именно так она всегда входила в незнакомые места: сначала смотрела, потом решала. Лёгкая походка, прищур тёмных глаз, которым она считывала зал за один взгляд. Она его увидела. Он это знал – потому что уголок её губ едва заметно дрогнул, прежде чем она развернулась к барной стойке с таким видом, будто не заметила ничего интересного.
Алекс медленно выдохнул. Сделал глоток виски. Поставил стакан.
Игра началась.
Рэй забралась на высокий стул у стойки – движение привычное, невесомое – и заказала коктейль с названием, похожим на местную балладу. Долго изучала бокал, будто читала в нём ответы на вопросы, которые не задавала вслух. Потом бросила – не оборачиваясь, в пространство:
