Записки Джонни Вэнса. Дирижер взял палочку
Решение было принято — идти вперёд. Куда угодно, лишь бы не стоять на месте под эхом той фразы, что врезалась в сознание: «ИТАК ДАМЫ И ГОСПОДА, ИГРА НАЧАЛАСЬ.»
Мы сделали шаг. Всего один шаг. И мир исчез.
Не затемнел, не распался на части. Просто… перестал быть. Асфальт под ногами, ржавые цеха, серое небо — всё растворилось в абсолютной пустоте. Не в темноте. В ничто. Не было ни верха, ни низа, ни света, ни звука. Даже собственное тело казалось призрачным, неосязаемым. Мы парили в вакууме смысла.
Рыжик заскулил — тихо, испуганно. Но и этот звук был призрачным, будто приходил из другого измерения. Вика схватила меня за руку. Её пальцы были такими же нереальными, как всё вокруг.
Десять секунд. По часам Макса, который каким-то чудом сумел поднести руку к лицу в этом небытии, прошло десять секунд. Но каждая из них тянулась вечностью. В этой пустоте не было времени. Было только ожидание. И страх. Не страх смерти — страх стирания. Что мы уже стёрты, и это — то, что остаётся после.
А потом пустота схлопнулась.
Не с грохотом, а с тихим, бархатным всхлопом, будто кто-то захлопнул гигантскую книгу реальности.
Мы стояли на твёрдом полу. Вернее, на идеально ровной, тёплой поверхности, напоминающей отполированный камень цвета старого пергамента. Воздух был нейтральным, без запаха. И вокруг…
Хаб.
Я узнал его мгновенно. Тот самый бесконечный туннель под невидимыми в вышине сводами. По обе стороны уходили в перспективу стены, испещрённые дверьми. Стальные, деревянные, хрустальные, ржавые. Над каждой — тусклая неоновая табличка с цифрами и символами: 94, 11.3, A-2, 707… Карта всего Закулисья в одном коридоре. Гул здесь был другим — не вселенским рокотом, а ровным, спокойным, как дыхание спящего гиганта.
Мы стояли в полной прострации. Рыжик, оказавшись на твёрдой поверхности, отряхнулся, но не залаял. Он прижался к моей ноге, уставившись в одну точку впереди.
Там, в двадцати метрах от нас, перед одной из дверей — массивной, бронзовой, с рельефным изображением спирали, — стояли они.
И.К.М.
Хельм, Мрак, Вершитель и ещё несколько ребят. Они не появились — они были здесь, как будто ждали. Их позы были не боевыми, а скорее… устало-торжественными. На их лицах не было ни насмешки, ни угрозы. Была странная смесь обречённости и решимости.
Хельм сделал шаг вперёд. Его голос прозвучал в гулкой тишине Хаба чётко, без эха.
