— К чему эта встреча, Гидеус? И почему на моей территории? Варс не предложил гостю сесть. Его голос, низкий и густой, как дым от костра, резал тишину покоев. — Твой визит в наш мир без почестей, пира и втихую... Он создает вопросы. А если птицы начнут щебетать?
Гидеус, с которого капала талая вода с плаща, сделал шаг вперед. Его лицо, иссеченное морозными ветрами Моринса, было бледным и напряженным.
— Успокойся, друг мой. Я не мог отправить письмо. Здесь, за каждой птицей наблюдает еще три.
— Так зачем ты пришел? — Варс скрестил руки на груди. — Лютый холод выедает кости, и время сейчас отнюдь не для охоты.
— Для союза, — отрезал Гидеус. — Вот уже год я кую мечи и копья в своих кузницах. Мы идем на Ронкару.
Тишина стала звонкой. Варс медленно опустил руки.
— Ты... идиот, Гидеус. Ты не так давно правишь, чтобы принимать такие решения. Ронкара — самая большая армия из всех миров. Она не по зубам даже нам обоим. А с кем у Бесонта союз? Миры закрылись, как раковины. Его одной численности хватит, чтобы стереть нас в пыль.
— Твой ответ, Варс?
— Мой ответ — нет. В нынешнем положении ввязываться в войны не в наших интересах. — Варс повернулся к окну, спиной к гостю. — Я распоряжусь, чтобы тебя вывели из города. Незаметно.
Повозка, укрытая грубым брезентом, тронулась, увозя Гидеуса прочь от теплых огней Бугорнса. Впереди лежал густой, темный лес, а путь до Моринса был долог. Целый месяц дороги, чтобы обдумать все еще раз. Но мысли его уже были отлиты в твердый металл решимости. Война... Этого слова боялись как люди, так и магические твари. Миры не сталкивались так открыто уже много лет. То, что он задумал, было не просто риском. Это было преступление.
Пророчество, которое не услышали.
Ронкара.
Тронный зал был слепящим и пустым. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь витражные окна, разбивался о тонны позолоты на колоннах и отражался в толстом стекле, под которым текла Кровавая Тропа. От самых дверей до подножия трона — ручей застывшей ртути и алых самоцветов, вечное напоминание о цене власти. И о том, кто здесь хозяин.
Трон принадлежал Бесонту. Невысокий, сухопарый, он не походил на воина из саг. Доспехов на нем не было — только простой черный дублет. Но в этой простоте крылась страшная сила. Весь зал, все его золото и пустота, замерли в ожидании его. Тишина была настолько густой, что, казалось, можно услышать, как оседает пыль на шлемах двадцати шести стражников, выстроившихся вдоль стен.
Скрип.Двери распахнулись. Бесонт вошел в зал, и тишина лопнула под гулким цокотом его каблуков. Он шел ровно по центру Кровавой Тропы, не глядя под ноги. Его стража — тринадцать человек с каждой стороны — двигалась строго по краям, боясь даже краем плаща задеть священный поток.
