Купальская ночь и другие неприятности
Завет Хранительнице
Выдержка из Дневника Яги
Страница 1. Приветствие (Завет Хранительнице)
Здравствуй. Если ты открыла этот фолиант, твоя прежняя жизнь завершилась. Печать сорвана. Ты — Яга.
Не ищи в этих записях порядка и оглавлений. Мы вписывали сюда заговоры, рецепты и страшные тайны второпях: измазанными в саже руками, на колене, при слабом свете лучины или в зареве горящей нечисти. Здесь собран опыт сотен жизней. Наш опыт. Твой опыт.
Твоя задача — держать Кромку. Мир Нави жесток, мир людей хрупок. Держи границу твердо. Не кланяйся высшим богам, не давай спуску бесам. В этом лесу твоя воля — единственный закон.
Читай. Учись. Выживай. И обязательно дополняй этот талмуд. Вписывай свои победы, ошибки и новые заклятия для тех, кто придет после.
[Пометка в самом низу страницы крупным, размашистым почерком]: И слушай кота. Баюн ворчлив, хитер и требует слишком много мяса, но преданнее союзника во всех мирах не существует.
Ощущаю вкус крови на губах. Воздух дерет горло наждачкой, а ветки хлещут по лицу так самозабвенно, будто я им лично задолжала крупную сумму. Отмахиваться некогда. Потеряю секунду на защиту — сбавлю скорость, а скорость сейчас — это единственное, что отделяет меня от крайне неприятного знакомства с тем, кто дышит в спину.
Просто бегу.
Лес злой. Ощущаю это кожей. Он намеренно подкидывает корни под ноги, играет со мной в «а ну-ка, упади». И я падаю. Лечу в грязь, ладони ободраны до мяса, а в голове пульсирует только одна мысль: «Потерпи, дорогая, скоро все закончится». Жгучая боль простреливает до локтей, но я вскакиваю. Стоит замешкаться, и эта гостеприимная земля проглотит меня целиком и не подавится.
Что-то хрустит. Совсем рядом. Мышцы рефлекторно бросают тело вперед — ускоряюсь, хотя, кажется, быстрее уже некуда. Сзади слышатся шаги. Тяжелые. Рваные. И совершенно не в такт моим. В нос бьет такой гнилостный смрад, что становится ясно: тварь не просто догоняет, она уже выбирает гарнир.
Липкая паника ледяной волной поднимается от желудка к горлу. Жестко давлю ее. Эмоции сейчас — это непозволительная роскошь, они убивают.
Впереди вырастает черная стена из деревьев. Стволы намертво сплелись ветвями, образовав идеальный тупик. Влетаю прямо в них по инерции. Колючки впиваются в плечи, распарывают кожу, и я наконец осознаю: приплыли. Где-то должен быть просвет, ну хоть крошечный! Ощупываю кору, сдирая ногти. Ничего.
Я в ловушке. Ужас парализует тело, пригвождает к месту. И такая тишина вдруг наступила… звенящая, мертвая. Лес замер, выжидает финала. Только сердце колотится о ребра так, что больно грудине.
