«СТРАХ»
Боковым зрением я уловил движение – и замер.
На моём балконе стоял парень. Чёрные кучерявые волосы контрастировали с неестественно бледной, почти прозрачной кожей. Его глаза – жёлтые, даже скорее коричневые, без отблеска – смотрели прямо на меня. Не моргая. Не отводя взгляда.
Как он там оказался? Балконная дверь была заперта. Окна – наглухо закрыты. Я жил на девятом этаже. Никаких пожарных лестниц, никаких козырьков, по которым можно было бы забраться.
Я попытался вдохнуть – воздух будто сгустился, стал вязким, сопротивляясь каждому движению грудной клетки. Сердце застучало, перекрывая звуки окружающего мира. Только его взгляд – тяжёлый, осязаемый – давил, проникал под кожу.
«Кто он?»
Вопрос вспыхнул в сознании, но ответа не последовало. Только холод, поднимающийся от пола, пробирающийся сквозь носки, сковывающий лодыжки.
Я не помнил, как добрался до двери. Не помнил, как щёлкнул замок, как рванул ручку, как выбежал в подъезд. Только бешеный ритм шагов, отдающийся в висках, и ощущение, что он всё ещё смотрит – сквозь стены, сквозь расстояние, сквозь время.
Возвращаться в квартиру было страшнее, чем остаться на улице. Где‑то там, в квартире, ждал он. Или – что‑то, принявшее его облик.
Я поднялся. Медленно. Ступень за ступенью. Каждый шаг – как испытание. Каждый поворот лестничного пролёта – как вход в иной мир, где законы реальности уже не работают.
Бесшумно я приоткрыл дверь своей квартиры. Внутри было тихо. Слишком тихо. Даже шум лифта, обычно гудящего в шахте, исчез. Только слабое гудение лампы в прихожей – я не выключил свет, когда выбегал.
Я вошёл.
Воздух пах сыростью, будто в помещении давно не было людей. Обои на стенах казались темнее, будто впитали в себя сумрак. Тени в углах – гуще, чем должны быть. А балконная дверь, которая точно была заперта, стояла нараспашку.
Ветер шевелил занавески, но на полу не было следов. Ни грязи, ни пыли, ни отпечатков ног. Ничего, что могло бы доказать: кто‑то здесь был.
Я подошёл к балкону. Огляделся. Никого. Только город внизу – огни, машины, жизнь, которая шла своим чередом, не замечая моего кошмара.
Вдруг на стене, прямо над выключателем, я заметил след.
Тонкий, почти незаметный – как будто кто‑то провёл пальцем по пыли. Но не просто провёл. А вывел символ. Я протянул руку, чтобы стереть его…
И в этот момент свет моргнул.
А в отражении стекла я увидел его – снова.
Там, за моей спиной, уже был не один странный парень. Теперь их было трое. Те же чёрные кучерявые волосы, та же мертвенно‑бледная кожа – но лица… Лица стали другими. Искажёнными. Глаза ввалились, губы растянулись в оскале, обнажив ряд острых, неровных зубов. А из‑под волос, там, где должны быть уши, проступали загнутые рога.
