Десять жизней инженера Воробьёва. Пролог
Кто верит в Магомета, кто — в Аллаха, кто — в Иисуса,
Кто ни во что не верит, даже в чёрта, назло всем, —
Хорошую религию придумали индусы:
Что мы, отдав концы, не умираем насовсем*.
Вася Воробьёв сидел в вагоне электрички и смотрел в окно. Было семь тридцать утра. Электропоезд маршрутом Приозерск – Ленинград сегодня, как ни странно, подошёл к платформе Сосново по расписанию, и Вася облегченно подумал, что, похоже, есть шанс приехать на работу вовремя и не придётся оправдываться перед раздражённым шефом за очередное опоздание.
В руке он держал раскрытую книгу. До того, как переключить свой взор на мелькающий за окном обычный сельский пейзаж, он попытался её читать, но книга оказалась непростой. Это был философский трактат, знакомящий читателя с основными религиями, распространёнными в Центральной Азии, а в частности — в Индии. Поэтому, бегло пробежав глазами по первые две страницы, он стал смотреть в окно и считать километровые столбы.
«Да, не ту книгу я схватил с полки, когда выбегал из дома», — подумал он. — «С утра забивать мозги различными понятиями, отличающими индуизм и буддизм от джайнизма и сикхизма, — это выше моих сил. Разбираться в принципах реинкарнации, отречения, кармы, понять, что есть мокша и перерождение, объединяющие эти различные, но очень близкие по сути религии? И чем отличается статуя Будды от статуи Махавиры? Прочитал всего две страницы, а вопросов уже два десятка. Нет, так дело не пойдёт. Надо было лучше взять томик Рекса Стаута».
После окончания ленинградского Военмеха он инженерил в одном из закрытых научно-исследовательских институтов или, как говорили, в «почтовом ящике». Отдел, в котором трудился Вася, занимался тонкоплёночными технологиями. Вася смотрел в окно и думал, что сегодня на работе опять предстоит тяжёлый день. Тема, над которой уже второй год бился их отдел, была наглухо закрытой, но крайне важной для родной оборонки и в то же время интересной. Пришло время выдать результат, а результата пока не было. Поэтому Васин шеф был не в восторге. Его нервозность и озабоченность передавались каждому сотруднику отдела, так как они понимали: не будет положительного результата — не будет квартальной премии. Вася тоже это понимал и поэтому с грустью смотрел в окно мчащегося поезда.
— Двери закрываются. Следующая остановка — Пери, — прохрипел динамик.
Вася оторвался от своих тяжёлых мыслей, посмотрел ещё раз в книгу и закрыл её. До города оставалось ехать минут сорок. В Сосново, где Вася жил в двухкомнатной квартире вместе с мамой и собакой Люськой, поезд из Приозерска подошёл почти пустым, но уже к Васкелово народ подтянулся, а к Грузино сидячих мест уже не было.
