Глава I
Егорыч проснулся от того, что старые настенные часы засипели, застонали, готовясь пробить восемь часов утра. Он сел в кровати и посмотрел в окно. Ночной дождь смыл пыль с оконных стекол, и утреннее солнце уже вовсю светило сквозь листву росшей возле избы рябины. Егорыч попробовал потянуться – спина вроде бы не болела… Сегодня можно было наконец заняться по хозяйству, да и ремонт бани уже простаивал больше недели.
В этот деревенский дом Егорыч, живший раньше в Городе, перебрался весной. До этого дом принадлежал его давнему сослуживцу и старинному другу Роману Федотову, который унаследовал это жилье от родителей. Но Федотов сельскую жизнь не любил и предпочитал проводить отпуск в домах отдыха и на курортах, поэтому деревенская изба уже добрых полтора десятка лет пустовала. В свое время Егорыч с женой несколько раз, по предложению Романа, проводили там летний отпуск, отдыхая от городской суеты и в охотку занимаясь запущенным садом и огородом. Окружающий деревню лес исправно снабжал их грибами и ягодами по сезону, а меньше чем в получасе ходьбы имелось небольшое лесное озерцо, в темной торфяной воде которого неторопливо шевелили плавниками крупные караси. Там на коряжистом берегу Егорыч иногда встречал с удочкой утреннюю зорьку под постепенно усиливающийся щебет птиц просыпающегося леса.
Несмотря на свои шестьдесят с приличным хвостиком, Егорыч выглядел еще достаточно крепким мужчиной. Инженер-строитель по образованию, он успел отслужить двадцать два года в военно-строительных частях, строил казармы для солдат и жилые дома в воинских гарнизонах, школы и детские сады – что начальство прикажет. Дослужившись до подполковника, в середине бурных девяностых он ушел в запас по сокращению штатов, получив солидное выходное пособие и пенсию по выслуге лет. На гражданке Егорыч осел в том же областном центре, в Городе, где и служил последние годы, проработал еще почти два десятилетия в различных строительных компаниях, хорошо зарабатывал и в шестьдесят с чувством полностью исполненного долга добавил к военной довольно приличную гражданскую пенсию. Они с женой пару раз съездили отдохнуть к теплым морям и уже планировали строительство дачи, как внезапно у Лиды обнаружили быстро прогрессирующую опухоль, и менее чем через год Егорыч овдовел.
Дети к тому времени выросли, обзавелись собственными семьями и разъехались по миру. Сидеть в квартире, в которой они с женой провели столько счастливых лет, а теперь вдруг опустевшей, было невозможно. Егорыч пытался себя чем-нибудь занять и даже снова устроился в одну строительную фирму, но скоро понял, что постоянное общение с людьми с каждым днем его все больше раздражает, да и не может он каждый вечер возвращаться в эту квартиру. Однажды, сидя в гостях у Федотова, он так тому и сказал:
