Книга третья: ПАНТЕОН
18+
ГЛАВА 15
ЧТО ТЫ ЗНАЕШЬ О СЕБЕ
Нью-Йорк, Квинс. Вторник, поздний вечер.
Виктор сидел в пустой кухне безопасной квартиры и смотрел на синюю флешку с Микки Маусом.
Флешка лежала на столе. Пластик немного выцвел с одной стороны — та сторона, которая всегда оказывалась к свету, в каком бы ящике он её ни хранил. Шесть лет. Он думал, что это его реликвия. Символ начала. Оказалось, что это, возможно, чужая закладка в его собственной голове.
В соседней комнате разговаривали. Голос Алекса — низкий, методичный. Голос Джоша — перебивающий, потому что Джош всегда перебивал, когда думал быстрее, чем говорящий. Иногда голос Кейт — короткие, точные реплики. Соня, наверное, молчала и слушала. Хоуп — Виктор не был уверен насчёт Хоупа. Хоуп за последние двое суток стал человеком, которого он не мог просчитать так же чётко, как раньше.
Это само по себе было информацией.
Вестергард сидел напротив. Стакан воды, нетронутый. Выражение человека, который сказал самое трудное и теперь ждёт, пока собеседник с этим разберётся.
— Вы знали с самого начала, — сказал Виктор. Не агрессивно — просто уточнял факт. — Когда пришли к нам. Вы знали про фотографию.
— Да.
— Почему не сказали сразу?
— Потому что если бы я сказал это при первой встрече, вы бы решили, что я вас дискредитирую. Или что это ловушка, — ответил Вестергард. — Вам нужно было сначала убедиться, что данные с флешки реальные. Что я — реальный источник. А потом уже воспринять это.
— Логично.
— Да.
— Мне от этого не легче.
— Я знаю.
Виктор взял флешку. Повертел в руках.
— Расскажите, что именно вы видели на той встрече. Восемь лет назад. Тот человек — я — что он делал?
Вестергард думал несколько секунд. Не потому что не помнил — потому что формулировал.
— Он говорил о структуре. О том, как должна выглядеть система, при которой носители препарата действуют независимо от корпоративного контроля. Не «без контроля» — это принципиальная разница. Контроль должен быть, но иным. Не через страх и NDA, а через… он называл это «осознанным участием». Носитель должен знать, что с ним происходит. Должен соглашаться. Должен иметь выход.
Виктор смотрел на флешку.
— Это звучит как то, что я думаю сейчас.
— Да, — сказал Вестергард. — Именно поэтому я считаю, что стирание было частичным. Убрали событийную память — конкретные встречи, лица, разговоры. Но базовые убеждения остались. Вы дошли до тех же выводов — просто думали, что дошли сами.
— Это хорошо или плохо?
Вестергард посмотрел на него.
— Это значит, что вы — настоящий. Не программа, не инструмент. Убеждения, которые человек воспроизводит независимо — это его убеждения.
