Зеркало покрылось тонкой рябью. Кстати, выглядело оно великолепно. Ни в одном антикварном магазине, да что там, даже в императорском дворце не найти такой прекрасной вещицы. Овальную серебряную раму украшали изумруды, любимцы Истины, вечной и нерушимой. Столько тысяч лет простояло Зеркало в перламутровых покоях и не постарело, ни капли не изменилось, как и сам Аквас. Ни одной трещинки или царапинки не появилось на нём. И всё так же верно в отражении проявлялась правда, как она есть. И в этот раз Зеркало не подвело. Аквас увидел рыжеволосую хрупкую девушку. Она куда-то спешила, бегая по квартире, закидывала нужные тетрадки, пару яблок, пенал с ручками и книжку, которой зачитывалась на этой неделе, в большую клетчатую сумку. Похоже, она опаздывала в институт. Но глаза ребёнка так и сверкают весельем, похоже, ей это не впервой.
«Странная девочка, – улыбнулся Аквас, – ей как будто все трудности нипочём. Возможно, Фортуна не покинет эту безбашенную оптимистку на сложном пути, но всё же и я не оставлю ребёнка. Нужно помочь Лидии принять свой дар».
Отчаянный вскрик заставил мужчину вздрогнуть. Оказывается, девочка никак не могла вспомнить, куда же подевались очки. Такая незаменимая вещь для близоруких людей! Не считая, конечно, линзы, но их Лида не носила. Бегая из комнаты в зал и обратно, она бешено вращала тонкими ручками, но всё же не прекращала поиски.
– На подоконнике в комнате, Лидия, – рассмеялся Аквас. – Неужели забыла, что бросила их там вчера?
Девчонка вскинула голову и посмотрела прямо в глаза Синего Волка, по крайней мере, он был им несколько минут назад, и растерянно улыбнулась. И через пять секунд бросилась к подоконнику в своей комнате. Вроде услышала? Может быть, их духовная связь усиливается? Что ж, вполне возможно. Найдя очки, Лидия положила их в чехол, бросила найденную пропажу в сумку и сломя голову вылетела из квартиры. Аквас весело хмыкнул и кивнул Зеркалу:
– Спасибо тебе, старый друг. – Изображение моргнуло несколькоб раз и исчезло.
Мужчина вышел из перламутровых покоев, набрёл на одно из старинных кресел с мягкой обивкой и уселся с усталым вздохом. Как же не хотелось обременять такого ребёнка совершенно непостижимыми проблемами. Но легче от этих мыслей не становилось. Решения Судьбы можно только смиренно принимать и всё тут. Аквас поёжился от холода. В последнее время в его дворце почти не чувствовалось тепла. Как будто вся жизнь угасала, пытаясь убежать от нахлынувших тёмных перемен. Что-то происходило. И великий зверь начинал понимать, что именно. Зло начинало пускать свои корни повсюду. Имя ему во веки веков было Штиль. И с ним предстояло столкнуться лицом к лицу вот этому беззаботному, весёлому ребёнку. Аквас устало потёр виски. Сколько раз он видел никому не нужную преждевременную гибель прежних Вечных и обычных людей, связанных с ними. Штиль не щадил никого, высушивая кровь в жилах, не давая дышать бедной жертве, пока последние капли жизни не покинут ослабевшее тело. Что он может сделать с новой Волчицей, даже представить страшно.