Надо отдать должное, отец, уезжая, маму не обидел и одарил приличной суммой золотых монет и кое-какими драгоценностями. Мама, похоже, всерьез влюбилась в эльфийского проходимца, потому что замуж так и не вышла, хотя ее не раз звали весьма приличные мужчины (ее красота, сохранившаяся до последних дней жизни, неизменно привлекала многочисленных поклонников). Но серьезно ее так никто и не заинтересовал, а длинными зимними вечерами, когда мы вдвоем сидели у горящего камина, мама с блаженной улыбкой и затуманенным взором рассказывала о том, каким единственным и неповторимым был мой отец.
Ой, совсем забыла! Достался мне от папочки еще один подарок, вернее, дар – целительская магия. Мама быстро просекла мои способности и в семь лет отдала меня в помощницы местной ведунье и травнице бабке Веринье. От старушки я научилась многому: различать травы и коренья, делать настойки и притирания, а с десяти лет уже активно помогала бабушке-ведунье лечить местных больных.
Но бабка Веринья совершенно не владела никакой магией и помочь мне с ее освоением не могла. Поэтому мама, использовав некоторую сумму из оставленных моим отцом денег, отправила меня в магическую школу, едва мне стукнуло тринадцать лет. Школа располагалась в крупном городе Ристане, расположенном в двухстах милях от моего родного городка. Там я прожила следующие пять лет, возвращаясь домой только два раза в год на каникулы.
Именно в школе меня и научили владеть целительской магией эльфов и создавать особые магические зелья, выдав по окончании обучения диплом по специальности «Маг-лекарь третьего уровня». На дальнейшее обучение в магической академии денег у меня не было, и я вернулась домой, где заняла место местной лекарки почившей к тому времени бабки Вериньи. Поселилась я в ее старом домике на отшибе, где мне было гораздо удобнее заниматься лекарской практикой, чем в доме матери.
Два с половиной года моя жизнь текла тихо и размеренно. Я занималась любимым делом, в свободное время экспериментируя с наложением различных заклинаний на зелья и выясняя свойства полученных таким образом новых лекарств. Но, как часто любила повторять мама, всему хорошему рано или поздно приходит конец (как, собственно, и плохому). Наш городок накрыло моровое поветрие, занесенное какими-то путешественниками из далекой страны пустынь. В результате вымерло две трети местных жителей, в том числе и моя мама. Но прежде чем эта зараза коснулась меня, мама буквально выгнала меня прочь из города, вручив все имеющиеся у нее средства и строго наказав как можно благоразумнее распорядиться деньгами и устроить свою судьбу где-нибудь подальше от этих мест.