- Хочешь жить по своему, тогда сама содержи себя, неблагодарное дитя, не ценящее своих родителей!
На сей высокопарной ноте завершился их разговор на повышенных тонах, в результате которого Инессу заперли в её комнате, велев подумать о своем поведении.
Инесса подумала, поклевала обед, который ей принесли в комнаты, выслушала стенания маменьки с просьбами не подводить семью, которая желает ей только самого лучшего, укоризненные взгляды двух старших братьев и недовольное сопение двух младших сестер — а то как же, если она устроит скандал, пострадает уже их репутации и выйти замуж будет уже сложнее. В приличный дом.
На самом деле эти мелкие засранки попросту радовались, что сие счастье привалило не им. Среди знатных холостяков подходящего возраста оставались довольно приличные кандидаты. Папенька не особо приветствовал большую разницу в возрасте и даже по своему любил дочерей, поэтому малявкам он будет выбирать в первую очередь из молодых людей. Ей же достался самый знатный и самый богатый холостяк. И молодой, всего-то на десяток лет её постарше. Ей шестнадцать, ему двадцать пять — самое то, что ей такой не благодарной ещё надо?
Видно в понимании папеньки премерзкий характер дело десятое и вполне поправимое.
«- Я же терплю чрезмерную чувствительность твоей матери», сказал он ей в ходе беседы на повышенных тонах.
«Сравнил, тоже мне», подумала Инесса закатив глаза.
«- Брак это компромиссы и усердная работа обоих супругов, и всё получится!» вытирая слезы утешила её матушка.
Инесса покивала головой, сказала, как послушная дочь, что скандалить больше не будет.
Она даже на самом деле решила попытаться наладить контакт.
Виртуозно отбиваясь от домогательств радостного жениха в течение недели, и ни под каким предлогом не оставаясь с ним наедине, а так же наблюдая его не изменившиеся взгляды в сторону других леди, она с ясной четкостью поняла, что в этом браке работать и идти на компромиссы будет только она.
«- Потерпи до рождения наследника, а потом не пускай к себе и закатывай истерики», посоветовала ей старшая замужняя подруга.
Ей мерзко даже брать его за руку, какое потерпи? А если наследника долго не будет? Отец Люциуса выслал в монастырь двух жён объявив их бесплодными и только третья наконец смогла родить ему единственного ребёнка.
Родословная уже не располагала на быстрое рождение наследника, не считая того, что первой могла на свет появиться девочка.
Вернувшись с очередного мероприятия на котором она изображала счастливую невесту, девица Флореньи закрыла за собой дверь, заперла её на ключ, скинула туфли и усевшись на стул закинула ноги на стол. Полюбовавшись своими ножками, она решила для себя, что у неё только один выход.